— Мне кажется, что сам Каули уже вырос из этого. Он больше старается докопаться до сути. В противном случае его бы не переизбрали.
— Это правда. Но за кулисами по-прежнему остаются некоторые из помощников и советников президента ещё из тех времён. Возможно, что даже в душе самого президента остается это пятно. И вот эта тьма вышла наружу в изменившемся текущем контексте, под давлением обстоятельств. Общий настрой таков, что надо что-то сделать. Нанести удар. На самом деле это не имеет ничего общего с вопросами национальной безопасности и ещё меньше касается проблемы выживания вида. Считается, что данная политика отвечает настроениям в обществе. Возможно, так и есть. Людям нужны козлы отпущения. Ой, конференция, кажется, подходит к концу…
Научный советник президента подытожила текущую позицию, выводы и общее настроение аудитории.
— Это место, Мягкая Посадка… Вы говорите, что это источник?
— Гнездо, — ответил ей глава ЦРУ. — Наши генетики это подтверждают.
— Один из источников, — вмешался представитель ФБР. — Несомненно, есть и другие. Но большинство генетических цепочек ведут именно к Мягкой Посадке. В данный момент это главный центр.
— Хорошо, — советник повернулась к Дэвидсону. — Какие в нашем активе есть возможности, Хирам? ДолАм — это твоя вотчина.
— «Армстронг-2» и «Сернан» — лучшие корабли из всех, которые у нас есть. Они могут быть там уже через несколько дней.
— Эти корабли несут кое-какое серьезное вооружение, — проворчал представитель Минобороны. — Мы позаботились об этом ещё перед тем, как они ушли в свою экспедицию, во тьму неизвестности. Адмирал, просто убедитесь, что вашей любительнице троллей, капитану Кауфман, приказано взять с собой Эда Катлера. Тогда в этой игре у нас появится серьезная карта.
— Что за вооружение?.. — спросил Нельсон. — О боже. Они что, обсуждают военную операцию, да?
— Я ожидала такого решения, — произнесла Роберта ровным голосом. — Карта уже почти сыграна.
— А как же наши заключенные? Что с ними сделают?
— Ничего хорошего, я предполагаю. И уж точно они никогда не выйдут на свободу. — Она повернулась к нему с серьезным, решительным выражением лица. — Они молоды, как вам известно. Они страдают за все свое высокомерие и неуживчивость. Я одна из них — я знаю, что вы догадываетесь об этом.
Теперь он это понимал. Ему подумалось, что она должна обладать железным самоконтролем, чтобы маскировать свою природу в суматошном муравейнике Мэдисона, Запад-5. Там, где сейчас находился новый Белый дом.
— Когда-то я была очень похожа на них, поэтому теперь понимаю, каково им. Что это значит — быть другим, окруженным пустыми лицами и такими же пустыми головами, знать, что тебе не с кем поговорить, что у тебя нет ни родителей, ни учителей, нет возможности освободить свою голову от грохочущих внутри мыслей. И почти все время бояться.
— Бояться?
— Не забывайте, что Следующие могут читать людей с точностью, которой вы, тусклоголовые, лишены. Они смотрят на взрослого и как будто читают, что у него на уме. Они могут ясно видеть безразличие, злорадство, похоть и расчет, спрятанные за широкой улыбкой. Все это очень заметно даже для самого маленького, самого беспомощного ребенка. Мы видим мир ясно. У нас нет иллюзий, — мрачно сказала Роберта. — Мы слишком умны, чтобы довольствоваться вашими историями про богов и про небеса.
Нельсон задумался.
— Однажды я видел, как Пол Спенсер Уагонер плакал ночью. Со смотровой дорожки там, наверху. Я решил его тогда не беспокоить.
— Я тоже плачу по ночам.
— Вы тоже называете себя Следующей? — спросил Нельсон, обдумав её слова.
— Ярлыки для подростков, — улыбнулась она. — Как будто мы какие-то герои из комиксов. Я не заморачиваюсь ярлыками. Но я — другая. Может быть, я менее развитая, чем те, кто здесь, но бо́льшую часть жизни я росла в человеческом обществе и у меня были хорошие учителя — я решила, что моё место тут, в человеческом мире, работать неким подобием интерфейса.
— Это, наверное, адски тяжело — работать интерфейсом в Белом доме, — улыбнулся Нельсон.
— Я стараюсь. Но моя бабушка по материнской линии тоже носила фамилию Спенсер. У меня есть и более глубокие привязанности: сейчас тут обсуждается в том числе и моя семья. Я смогу найти способ вытащить отсюда заключенных. — Она обернулась к нему лицом: — Вы поможете мне?
— Конечно, помогу. Именно поэтому я здесь.
— Что нам надо делать?
Нельсон подумал о Лобсанге и Джошуа Валиенте — и о том, что ему было известно о его подруге Салли, с её способностью находить мягкие места…
— Есть один способ.
Совещание закончилось. Делегаты вставали, смешиваясь в общей массе, кто находился в одном и том же помещении — жали друг другу руки. Затем их голографические изображения одно за другим, мигая, уходили в небытие.
Нельсон Азикиве связался с Джошуа, а тот с Салли, только что вернувшейся с Долгого Марса сквозь Дыру. Вместе они разработали безопасный способ эвакуации из тюрьмы на Гавайях через мягкие места. Джошуа и Салли тайком проникли на базу и начали выводить оттуда заключенных Следующих, одну группу за другой.
