Эдеард закрыл глаза и устремил про-взгляд вдаль. Перед его мысленным взором появились темные силуэты зданий, пронизанные искрами дремлющих разумов. Он легко узнал всеобъемлющие мысли Маккатрана, охватывающие все структуры без исключения, хотя ниже уровня улиц и каналов, там, где проходили тоннели, трубы и странные энергетические нити, они проявлялись сильнее, чем наверху. Никаких признаков душ Эдеард обнаружить не смог.
— Ничего, — упавшим голосом признался он.
— Это же не соревнование. Ты ничего не потерял.
— Но ведь я дважды ощущал души. — Эдеард задумчиво помолчал. — И каждый раз я находился близко от тела, очень близко.
— Что ты задумал? Хочешь навестить отделение для тяжело больных?
— Нет, — солгал он.
Кристабель посмотрела на него с подозрением.
— Гм.
— Может, мне снова поговорить с Пифией?
Эта идея ему самому не слишком нравилась; слишком неприятной была для него их последняя встреча. Отвечая на бесчисленные вежливые вопросы на протяжении, как ему показалось, нескольких часов, он почему-то чувствовал себя неловко и словно оправдывался. В присутствии такой высокопоставленной особы он ощущал себя ребенком, совершившим какой-то проступок и теперь отчитывающимся перед любящими, но строгими родителями.
— И чему она может тебя научить? — не скрывая своего пренебрежения, спросила Кристабель.
— Полагаю, ничему.
После той бесполезной для него встречи Эдеард снова начал читать писания Заступницы. После воскресных уроков в эшвилльском храме, проводимых матушкой Лореллан, он впервые обратился к священным записям. А тогда он только и делал, что заучивал наизусть отрывки, совершенно не вникая в их содержание.
Чтение писания стало для него чем-то вроде откровения. Он увидел не столько религиозный текст, сколько произвольной формы дневник, написанный витиеватой прозой и дополненный размышлениями о том, как сделать свою жизнь лучше и совершеннее. И объединяли две эти линии только Небесные Властители — гигантские крылатые существа, неспешно летающие между Кверенцией и звездными туманностями с непонятной для людей целью, но попутно провожающие души к Ядру. Однако, согласно писанию Заступницы, они брали с собой лишь души тех людей, кто достиг состояния, которое она определила как «самореализация». Читая ее наставления, он не мог избавиться от образа старой незамужней тетки, толкующей своим родственникам о том, как надо себя вести в хорошей семье: вежливо и приветливо, снисходительно, оказывая ближним максимум внимания. Или в те времена жизнь была совсем другой? Судя по записям, вряд ли. Но чтение дневника хотя бы увлекало, вот только начинался он с того момента, когда Рах впервые увидел Маккатран с горного склона. А о корабле, доставившем их в здешнюю Вселенную, Заступница писала лишь то, что Рах увел людей от хаоса, последовавшего за приземлением. Кроме этого момента о прошлом ни разу не упоминалось. Заступница восхищалась настойчивостью Раха, прорубившего три входа в хрустальной стене. Описывала свои впечатления о первой высадке в порту
когда люди увидели полностью построенный, но пустынный город, где впоследствии обрели свой дом. Рассказывала о том, как они плыли по Главному канату, а над башнями Эйри парил Небесный Властитель. И о том, что он согласился проводить душу ее умирающего друга в Ядро, находящееся за Морем Одина.
Затем Заступница описала организацию Совета и возникновение гильдий и упомянула о том, что некоторые беженцы с упавших кораблей приходили в город, тогда как другие оставались по ту сторону хрустальных стен и завидовали горожанам. Она перечисляла ожесточенные споры между городом и окрестностями о том, чьи законы важнее. Заступница так и не дождалась подписания окончательного договора, закреплявшего права провинций и города, что положило конец этим разногласиям. Ее растущее разочарование из-за нескончаемых, как казалось, споров, проявилось и в описании более позднего периода, когда визиты Небесных Властителей стали более редкими. Заступница спросила их, почему они покидают людей, и ей ответили, что люди слишком несовершенны и их души еще не созрели для того, чтобы попасть в Ядро. Заступнице стало стыдно за свою расу. Мысль о том, что души могут зачахнуть и погибнуть раньше, чем их примет Ядро, ужаснула Заступницу, и остаток своей жизни она посвятила просвещению человечества, старалась своими проповедями привить людям целеустремленность и достоинство. Вместе со стареющим уже Рахом и последними Небесными Властителями, посетившими Маккатран, она упросила город создать в Эйри главный храм. Она добилась своей цели и, увидев, как зародыш храма начинает расти из-под земли, вслед за Рахом поднялась на самую высокую башню и позволила своей душе выскользнуть из тела, чтобы под руководством Небесного Властителя вместе направиться к Ядру.
С тех пор над Кверенцией больше не видели ни одного Небесного Властителя.
— И правильно, — сказала Кристабель. — Я бы не хотела, чтобы ты искал ответы у таких людей, как она. Это люди прошлого. Если ты тот, каким я тебя вижу и люблю, ты самостоятельно примешь решение.
