Сомнение вызывает и описание признаков «активного подкупа» (дача взятки) как преднамеренного обещания, предложения или предоставления каким-либо лицом, прямо или косвенно, какого-либо неправомерного преимущества любому публичному должностному лицу для самого этого лица или любого иного лица, с тем чтобы это публичное должностное лицо совершило действия или воздержалось от их совершения при осуществлении своих функций (ст. 2 Конвенции Совета Европы). В связи с этим возникают следующие вопросы: 1) что такое «неправомерное преимущество»? должно ли оно иметь материальный имущественный характер? 2) когда преступление следует признавать оконченным, если подкупом является уже обещание, предложение неправомерного преимущества и принятие этого обещания и предложения? Думается, что вряд ли следует отказываться от сложившегося понимания предмета взяточничества как имущества и материальной выгоды. Не нужно также переносить момент окончания дачи и получения взятки на столь ранние стадии реализации намерения как обещание и предложение взятки и принятие обещания и предложения. Согласно принципам российского уголовного права одно лишь обещание незаконного вознаграждения не может рассматриваться даже как приготовление к преступлению. Не следует забывать и трудности доказывания, если имело место одно лишь обещание дачи взятки.
6. Федеральный закон «О государственной гражданской службе Российской Федерации» запрещает государственным гражданским служащим получать в связи с исполнением должностных обязанностей вознаграждения от физических и юридических лиц (подарки, денежное вознаграждение, ссуды, услуги, оплату развлечений, отдыха, транспортных расходов и иные вознаграждения). Подарки, полученные гражданским служащим в связи с протокольными мероприятиями, со служебными командировками и другими официальными мероприятиями, признаются соответственно федеральной собственностью и собственностью субъекта РФ и передаются гражданским служащим по акту в государственный орган, в котором он замещает должность гражданской службы, за исключением случаев, установленных ГК РФ (пп. 6 п. 1 ст. 17 Закона). Очевидно, здесь имеются в виду положения ст. 575 ГК, согласно которым государственным служащим и служащим органов муниципальных образований разрешается принятие обычных подарков, по стоимости, не превышающей пяти установленных законом минимальных размеров оплаты труда, в связи с их должностным положением или в связи с исполнением ими служебных обязанностей. Таким образом, принятие «подарков» публичным служащим (должностным лицом) не в связи с указанными в законе официальными мероприятиями следует рассматривать как взяточничество в том числе и в случаях, когда стоимость такого «подарка» не превышает пяти минимальных размеров оплаты труда.
7. Особый вопрос: нужен ли специальный закон о борьбе с коррупцией? Я бы ответил, что такой закон, где были бы сконцентрированы все основные положения антикоррупционной направленности, мог бы способствовать повышению эффективности антикоррупционной деятельности. Однако продолжающиеся заявления, что бороться с коррупцией невозможно, поскольку нет легального определения коррупции, в лучшем случае можно рассматривать как отговорки. Коррупция – это не какое-то конкретное деяние, признаки которого должны быть четко определены в законе для установления наличия состава этого деяния и решения вопроса об ответственности. Коррупция – это социальное явление, выражающееся в соответствующих коррупционных деяниях, составы которых сформулированы, в частности, в действующем Уголовном кодексе. Серьезным антикоррупционным потенциалом обладает и Федеральный закон «О государственной гражданской службе Российской Федерации». Необходимо лишь, чтобы этот закон исполнялся.
1. Одной из основных причин, определивших необходимость создания нового уголовного законодательства, было кардинальное разрушение экономической системы социализма, существовавшей в СССР, и развитие новых экономических отношений, требующих правового регулирования и уголовно-правовой защиты. В первой главе Конституции Российской Федерации «Основы конституционного строя» сформулировано: «В Российской Федерации гарантируется единство экономического пространства, свободное перемещение товаров, услуг и финансовых средств, поддержка конкуренции, свобода экономической деятельности» (ст. 8). Положение о свободе экономической деятельности получило развитие в ст. 34 Конституции РФ, где к числу конституционных прав человека и гражданина отнесено право каждого на свободное использование своих способностей и имущества для предпринимательской и иной не запрещенной законом экономической деятельности. В то же время подчеркивается недопустимость экономической деятельности, направленной на монополизацию и недобросовестную конкуренцию.
