Еще в царствование Петра III начинает ограничиваться применение телесных наказаний к «благородным», а жалованная грамота Екатерины II дворянству (1785 г.) уже гласила: «Телесное наказание да не коснется благородного» (п. 15). Жалованная грамота городам (1785 г.) распространила это положение на купцов первых двух гильдий и именитых граждан (п. 107, 113). Позже эти положения были распространены на духовенство. В 1835 году от телесных наказаний были освобождены дети священников. Свод законов 1833 года и Уложение 1845 года дополнительно распространили это изъятие еще на ряд незначительных групп. Основная же масса населения продолжала числиться среди лиц, «от телесных, наказаний не изъятых». За самые незначительные деяния тем, кто не принадлежит к «благородным» сословиям, угрожает наказание кнутом, причем бить предписывается «жестоко», «нещадно», «без пощады и всякого милосердия».
Екатерина II ограничила также применение и конфискации имущества в отношении дворян, установив в той же жалованной грамоте, что наследственное имение благородного в случае его осуждения за преступление отдается наследникам (п. 23).
При Павле I на короткий срок применение телесных наказаний к привилегированным было восстановлено. Однако Александр I, вступив на престол, вновь отменяет телесные наказания для них[488].
Разработанные проекты и действующее законодательство сохраняли в России реакционную систему феодального права.
Проект Уголовного Уложения 1813 года впервые предусматривал в общей части систему наказаний, состоящую из семи родов: лишение жизни, лишение всех гражданских прав или политическую смерть, лишение свободы и чести, позорные наказания, беспозорное лишение свободы, телесные наказания, денежные пени и церковные наказания (§ 23).
Уложение предусматривало простую смертную казнь (без квалифицированных видов): виселица и отсечение головы. Смертная казнь сочеталась с лишением всех политических и гражданских прав. Исполнение приговора к смертной казни в отношении беременных женщин откладывалось до разрешения от бремени; приговор в отношении женщин приводился в исполнение только отсечением головы (§ 25–30).
Следующим по тяжести за смертной казнью наказанием было лишение дворянства и всех политических и гражданских прав. Это наказание заключалось в «вечной ссылке на каторжную работу с выставкою на эшафот, где прочитывается всенародно приговор; буде же преступник по состоянию своему не исключается от телесного наказания, то вместо лишения чинов и дворянства, коих не имеет, наказывается кнутом с заклеймением и вырезанием ноздрей» (§ 32). Женщины освобождались от вырезания ноздрей (§ 33). Более слабая форма того же наказания заключалась в том, что осужденный не выставлялся на эшафот или сокращалось число ударов кнутом (число ударов определялось от 5 до 100). Больным и немощным каторжные работы могли быть заменены другими, менее тяжкими.
Наказание третьего рода в системе наказаний заключалось в частичном поражении политических и гражданских прав, лишении свободы или телесном наказании. Оно соединялось с ссылкой для дворян и телесными наказаниями для неимеющих чинов и дворянства.
Наказания четвертого рода предусматривались семи степеней и заключались для дворян – в различных формах поражения прав или выговора, а для других сословий – в телесных наказаниях плетьми (от 10 до 100 ударов) и заключении в рабочий дом.
Наказание лишением свободы (крепость, монастырь и т. п.) применялись к дворянам, чиновникам, духовенству и купцам I и II гильдии. К остальным применялись телесные наказания. Денежные штрафы предусматривались двух видов: в пользу богоугодных учреждений и для удовлетворения потерпевшего. «Конфискация всего имения в пользу казны ни за какое преступление не полагается» (§ 71).
Последним родом наказания были наказания церковные, двух видов: заключение в монастырь и публичное покаяние в церкви.
Таким образом, вся система была резко разделена на наказания «для тех, которые по состоянию своему исключаются от телесного наказания» и «для простолюдинов»[489]. Эта система не была в дальнейшем принята при составлении Свода Законов и Уложения 1845 года и там были свой перечень (в ст. 16 Свода, изд. 1832 г.) и своя система (в Уложении 1845 г.).
Борьба прогрессивных общественных деятелей с феодальной системой наказаний продолжалась и в первые десятилетия XIX века.
Передовые идеи в области уголовного права в начале XIX века развивал учитель Пушкина, преподаватель царскосельского лицея А. П. Куницын, близкий по своей идеологии к декабристам.
