Юноша, молча, кивнул, и они направились к красивому выделяющемуся из других домиков зданию в два этажа единственному выложенному в деревне кирпичом, а не бревном. Холтай открыл дверь и пригласил гостей зайти внутрь. Бруно уселся рядом со входом, а Пук и Старл последовали вслед за городским головой к небольшому столику прямо посередине комнаты. В воздухе приятно витал аромат цветущих ромашек, которые юноша заметил в горшках на подоконнике. В комнате было спокойно и уютно. Помимо стола и нескольких пеньков заменявших стулья в комнате нашли место книжный шкаф, полочка со множеством безделушек начиная с поделок и кончая статуэтками древних языческих богов, в углу стояла тумбочка с красивой вазой, покрытой необычным узором из бисера.
– Присаживайтесь, – указал старик на пеньки. – Может быть чаю? Это все что я могу вам предложить, увы.
– Дык чай пить хочу, – протянул орк.
– Я тоже не откажусь, – согласился Старл.
Холтай поручил сыну приготовить гостям чай, и тот поднялся на второй этаж. Сам старик, кряхтя, опустился на один из пеньков и, поправив свой кафтан, еще раз указал Старлу и Пуку, так и оставшимся стоять на ногах, на свободные пеньки.
– Вы присаживайтесь, присаживайтесь, чего стоять то?
Старл сел на бревно и облокотился на стол. Орк, неуклюже чувствовавший себя в комнате, казавшейся ему крохотной, сел на пол отодвинув пенек в сторону.
– Дык неудобно на деревяшке. Пук большой, пенек маленький, – пояснил он.
– Нечасто сейчас встретишь путников, – староста сплел пальцы и посмотрел на Старла. – Так откуда вы будете, куда путь держите? Я слышу, что у вас южный акцент.
– Вы правы, я с юга, иду искать свое счастье в город, – ответил юноша.
– И с какой вы деревни, юноша?
– Я воспитанник приюта, – вздохнул Старл.
– Извините, что затронул такую тему… – начал было он говорить обычные в таких случаях слова, однако Старл перебил его.
– Не стоит, я отношусь к этому весьма спокойно, у каждого в этой жизни своя судьба, – сказал он.
– Вы умны для своих лет. Сколько вам?
– Мне восемнадцать от роду, почти девятнадцать.
– Была бы вся такая молодежь, да в королевстве давно была бы жизнь, а не черт знает что, – пропыхтел Холтай. Он оперся подбородком о ладонь, а второй рукой достал из кармана трубку – Не против, молодые люди? Старая дурная привычка.
Старл и Пук покачали головой. Староста забил трубку табаком из появившейся на столе коробочки и закурил.
– Думаете в городе, что путное? Лучше чем тут? Там чужие не нужны. Мой сын несколько лет назад пробовал своим силы да без толку, вернулся в родную деревню. А вас в таком виде и не пустит никто в город. Вы себя-то видели?
– Дык лесом идти, не за столом сидеть, – развел руками Пук.
– И то верно, – староста затянулся. – Вам повезло, что еще с разбойниками не встречались, уберегли Боги.
Старл сквозь легкую завесу табачного дыма посмотрел на старика. Сказать ему о том, что случилось на дороге? О встрече с той бандой, о пленнице… Или лучше умолчать. Учитель говорил не хвалиться своими поступками. Старл незаметно наступил на ногу Пуку, который уже собирался открыть рот, чтобы поведать Холтаю эту историю. Орк понял знак и притих. Да и незачем знать этому старосте о стычке с разбойниками. Он хоть и говорил, что ненавидит их, называет мерзавцами, но платит дань, заключил договор. Все этого не от хорошей жизни и Холтая можно понять, но…
– Как есть, – сказал юноша.
По лестнице ведущей со второго этажа послышались шаги. В дверном проеме показался Джодерик с подносом, на котором стояли четыре чашки с чаем. За подносом тянулись четыре тонких шлейфа пара. Он поставил поднос на стол и присел рядом с отцом, по привычке протерев руки о фартук на животе.
– Надеюсь, я ничего не пропустил? Угощайтесь, чай совсем свежий, только заварил, – сказал он.
Старл поблагодарил толстяка и взял с подноса чашечку, вылепленную из грубой глины. Похоже на вазе, стоявшей на той самой тумбочке в углу комнаты, и заканчивались всякие излишества этого дома. Впрочем, даже на кружке можно было разглядеть красивые узоры. Староста явно имел вкус. Старл подул на кипяток и отпил чай, отметив про себя его вкус. Чай оказался превосходным. Он приятно обжег горло и согрел желудок. Старл вспомнил, что в последний раз пил чай еще в Удалых гномах.
Некоторое время в комнате висела тишина. Юноша, орк и староста со своим сыном пили чай. Первым молчание нарушил Джодерик, отставивший кружку в сторону.
– Я был наверху, но ваш разговор с отцом слышал, – сказал он. – Ты с приюта?
– Да, – Старл отпил из чашки и поставил ее на стол.
– Просто интересно знать, где ты так научился драться?
