— Не думала, что лорд действительно заставит принести магическую клятву, ещё и при таком количестве свидетелей, применив её на человека без какой-либо защиты, — голос Аин звучал очень недовольно, почти негодующе.
Мы вместе шли по коридору к моей будущей комнате, потому что мне срочно нужно было лечь на кровать и умереть. На удивление Аин, Анс и Фрея решили сами проводить меня до комнаты, отослав всех слуг, так что шествовали мы в гордом одиночестве.
— Это была вынужденная мера, — пробормотала Фрея, странно смущённая и подавленная.
— Ты действительно в это веришь? — Анс скосил на неё глаза, и она лишь неопределённо передёрнула плечами.
— Да ни малейшей необходимости в этом не было! — Аин резко скрестила руки на груди. — Он что, по-твоему может начать распускать сплетни, порочащие честь лорда и леди? Или, я не знаю, устроить погром в городе? Нет, то есть он, наверное, может, но зачем ему это? Ещё и формулировка эта странная…
— Формулировка меня, кстати, тоже беспокоит, — влез в разговор я, хотя говорить не было уже ни сил, ни желания. — Если я, например, на ногу какой-нибудь важной персоне случайно наступлю или нагрублю чисто из-за незнания местного этикета, меня за это на месте убьёт?
— Нет, — качнул головой Анс, — на такие мелочи оно не распространяется. А формулировка странная, потому что это часть древней рыцарской присяги, строчка вырванная из контекста. Если она работает так же, как и вся клятва целиком, то наказание зависит от тяжести совершённого преступления.
— И набирает силу в зависимости от количества свидетелей, при которых была принесена эта клятва и их положения, — продолжила Аин, — так что сильнее её можно было сделать разве что совет лордов сюда созвав.
Надо будет узнать, что это за совет такой, но не сегодня. Как-нибудь на досуге.
— А можно максимально для людей из немагического мира? — попросил я. — Вы просто скажите, насколько всё плохо?
— Сложно так сказать, — задумчиво ответила Аин, — у лорда особый талант к заключению магических клятв, к тому же сама клятва древняя и сильная. Так что ты просто не болтай лишнего и не твори глупостей.
Короче говоря, нормально делай, нормально будет. Прекрасно. Восхитительно. Чудесно. Из двух сюжетных развилок я явно выбрал не тот вариант. Можно, пожалуйста, последнее сохранение загрузить? Хочу выбрать голодную смерть на улице.
Остаток пути до комнаты прошёл в молчании. Спутники мои иногда перебрасывались какими-то короткими фразами, но я не вслушивался. Вообще уже не мог концентрироваться ни на чём конкретном, ни на словах, ни на пути до комнаты, ни на окружении.
Когда же передо мной распахнулась дверь теперь уже моей комнаты, я тут же двинулся к кровати, не замечая больше ничего вокруг. Дверь за моей спиной тихо закрылась, а я рухнул на кровать не раздеваясь, только кеды стянул.
— Может, его на ключ запереть? — услышал я приглушённый дверью неуверенный вопрос Фреи.
— Да куда он денется? — удивлённо спросила Аин.
Она, конечно, зря думала, что я деться никуда не смогу, но это завтра, а сегодня я хочу проспать часов двадцать…
Комментарий к Глава первая «Имя моё - свет» (часть 2)
Ленивый автор решил написать главу к празднику, ленивый автор усердно писал несколько дней, ленивый автор успел и горд собой!
Сноски:
1) Фриг — любовь
2) Руэйдхри́ — красный король
3) Хелл — преуспевающая, успешная.
========== Глава вторая «Моркетская падь» (часть 1) ==========
«Свет считает, что он быстрее всех, но он ошибается:
неважно, как быстро летит свет — темнота уже на месте и дожидается его»
Терри Пратчетт
Я проснулся на удивление рано. Солнце ещё не добралось до зенита, а всё, что раньше полудня я считаю ранним утром. Несмотря на это, спать не хотелось. Проснулся я — о чудо! — в той же комнате, в которой и заснул. А значит, я всё ещё не в своём мире. Не знаю, как бы я отреагировал, проснувшись сейчас в своей кровати и поняв, что это всё был лишь сон. Впрочем, это всё ещё может быть иллюзией воспалённого разума. Или предсмертной агонией.
Утро всегда располагало меня к оптимизму.
Вчера меня просто валило с ног, поэтому я даже не успел толком рассмотреть место теперешнего обитания. Комната оказалась абсолютно безликой. Каменные стены, широкая кровать (достаточно удобная, кстати), ковёр какого-то неясного цвета, несколько шкафов, которые мне при всём желании шмотьём не заполнить, и камин, над которым висело зеркало. По-моему, вешать зеркало напротив кровати — это моветон. Себя я, конечно, люблю, но не настолько, чтобы желать лицезреть свою сонную, помятую рожу, как только продеру глаза. А с утра другого выражения, с позволения сказать, лица у меня не бывает. Но сегодня почему-то стало исключением. Акклиматизация, возможно.
