– Выходим! – резко закричал Вадим, молча наблюдавший за происходящим – Чуть не проехали.
Друзья быстро выскочили из вагона. Капитан продолжал рыдать. Вместе с изгнанником они, спрыгнув с торца платформы, пошли по рельсам, ориентируясь на маленький рынок – «толкучку».
– Знаешь, что, Вадим – попросил Капитан, когда они, миновав платформу, оказались рядом с общественным туалетом – мне надо немного побыть одному. Пойди где-нибудь погуляй.
– Хорошо – ответил изгнанник – пойду пока схожу на рынок.
Вадим ушел, оставив плачущего друга одного и, успешно продав магнитолу на «толкучке», целых полчаса бесцельно бродил по улице, аккуратно обходя лужи. По-прежнему моросил дождь. Под ногами лежали жидкая грязь и мокрый асфальт.
– В такую погоду, наверное, и умирать легче – подумал изгнанник – чем, когда хороший летний солнечный денек, птички поют, дети на детских площадках играют…
Возле общественного туалета толпился народ. Люди были явно чем-то поражены. Кто-то кричал, что надо вызвать скорую, кто-то – милицию Невдалеке Вадим заметил убегающую компанию подростков. В них он узнал знакомых скинхедов. С трудом протиснувшись через толпу, изгнанник с ужасом обнаружил, лежащего на земле в луже крови Капитана. «Афганец», корчась от боли, держался руками за живот, прижимая рану. Из нее текла кровь. Вадим, не помня себя от горя, бросился к другу.
– Россию жалко! – слабеющим голосом произнес Капитан, глядя на убегающих скинхедов, которых так никто и не пытался остановить.
Изгнанник присел возле товарища и приподнял его за голову.
– А на душе так тепло и спокойно – вдруг сказал Капитан – не поверишь, Вадим! Перекрести меня – добавил он, чуть помолчав.
Трясущейся рукой изгнанник неумело перекрестил умирающего. Глаза затуманили слезы. Вадим с трудом разглядел, как Капитан блаженно закрыл глаза, и его голова безжизненно повисла на руках рыдающего друга.
Вскоре приехала милиция, затем – скорая.
По мраморному полу ритуального зала крематория медленно проехал катафалк с гробом и остановился возле лифта для транспортировки трупа. Вадим и трое помощников аккуратно сняли крышку. Еще двое бомжей принесли и поставили возле гроба два венка с черными траурными лентами. В зале было тесно и душно. Желающих проститься с покойным пришло немало. Весть о его гибели со скоростью света разнеслась среди его многочисленных знакомых. Собравшиеся переговаривались вполголоса. Лица пришедших были пасмурными. Все хорошо знали и любили Капитана. Его друзья – бомжи, алкаши и прочие забулдыги не имели денежных средств и поэтому тело покойного, лежащее в красном гробу, было укрыто всего несколькими букетами цветов. На Капитане был одет черный костюм, черная рубашка и черные ботинки – подарок Ахмеда. Лицо гладко выбрито, глаза закрыты, рот плотно сжат, от чего губы покойного казались немного тоньше обыкновенного. Весь вид друга был совсем непривычным для Вадима. Изгнаннику казалось, что произошло какое-то непонятное недоразумение, какая-то страшная, чудовищная ошибка. Но вместе с тем он прекрасно понимал, что ошибки нет, все происходит на самом деле. Вадим стоял справа возле гроба, как самый близкий покойному человек и печально смотрел на лицо Капитана – лицо, которое он видел в последний раз. Сердце разрывалось от глубокой скорби. Сознание отказывалось верить в происходящее. Изгнанник крепился изо всех сил, отчаянно сдерживая слезы.
Началась церемония. Собравшиеся притихли. Зазвучала траурная мелодия. После ее окончания церемониймейстер – достаточно красивая пятидесяти на вид лет женщина в строгом сером костюме очень выразительно произнесла траурную речь:
– Сегодня, в этот скорбный час мы все собрались здесь, чтобы проводить в последнюю дорогу дорогого для нас человека – Александра Анатольевича Чернова. Все мы хорошо знали покойного. Для кого-то он был другом, для кого-то – просто хорошим, добрым знакомым. Александр Анатольевич прожил недолго и жизнь его была трудной, тяжелой, но не напрасной. Это был прекрасный, добрый, чуткий, яркий и отзывчивый человек, честный, смелый, благородный и справедливый, каких в наше время практически не встретишь. Многим из нас он сделал немало добра, многим помог. Свою молодость он отдал службе на погранзаставе, выполнял интернациональный долг в Афганистане. Для многих из нас он был близким и любимым человеком. Для нас потеря этого замечательного, этого светлого и хорошего человека – горе, но все, что не делает Бог – все к лучшему. Александр Анатольевич отмучился в своей короткой земной, полной скорбей и трудностей жизни. Его смерть благородна. Он был убит шайкой подонков за то, что защитил невинного человека. И теперь Господь забрал его к себе в Свое Вечное Царство, которое покойный вполне заслужил. Сегодня вы прощаетесь с ним навсегда, но память о нем навсегда останется в ваших сердцах. Простите его от всего сердца за все, чем он когда-либо вас обидел и попросите у него прощения за те обиды, которые вы, может быть нечаянно причинили ему. Помните о нем только хорошее и пожелайте ему искренне, от всего сердца Царствия Небесного.
