— Нет, но это не имеет значения. Я видел вас двоих в море и в небе… Я о такой магии только в легендах слышал! К тому же, последним приказом моего императора было: спасите мою жену. Вы наша императрица, ара Эрхольд. Каждый дракон Вэйсмейстрии благодарен и предан вам.
Вот так Натаниэлю даже не пришлось объявлять мне амнистию, а я покорила всю его армию. Своим поступком и своей силой. Сама того не желая, я стала героиней, и весть о случившемся разлетелась за пределы Лавуаля. Пусть официально меня не представили, кажется, всем было все равно, как меня зовут. Я стала их императрицей. Очевидно, шальной. Потому что кому еще придет в голову сигануть в водоворот за любимым? Правда, в тот момент я не о подвигах думала, а как я без него буду. Все-таки пробрался наглый дракон в мое сердце и поселился в нем, как в моем Лавуале!
Тисон рассказал мне про то, что земные драконы построили для взятых в плен водных временные темницы. Под землей, и чтобы ни капельки воды туда не просачивалось: вдали от родной стихии они не могли воспользоваться магией. Кристофа Вальдена заключили в отдельную пещеру-камеру, и это единственное, что меня сейчас интересовало: что он больше никому не навредит. Дальнейшую его судьбу должен был решить Натаниэль, когда проснется.
Впервые можно было вздохнуть спокойно. Не прятаться и не скрываться. Я на радостях пообщалась с земными, поблагодарила их за помощь, встретилась с Беркинсоном, который, кажется, окончательно перешел на мою сторону, потому что не переставал повторять, как рад меня видеть, затем появился доктор Вайт и отправил меня отдыхать. Пришлось исполнять докторские рекомендации, возвращаться в постель и жаловаться мужу, что меня, императрицу, не боится какой-то доктор!
Я снова спала, просыпалась, вкусно кушала и снова спала. Каждый раз надеялась, что, проснувшись, обнаружу бодрствующего Натаниэля, но дракон продолжал изображать спящего красавца, только переворачивался во сне.
На третий день генерал Тисон сообщил мне, что со мной хочет поговорить советник Эмар.
— Это касается вашей камеристки, — предупредил он. Ханна, в этот момент складывающая белье в шкаф, все выронила.
— Что случилось? — прищурилась я.
— Он сам вам все расскажет, — уклонился от ответа генерал. — Возьмите девушку с собой.
— Хорошо. Тогда я встречусь с ним в малой гостиной.
Я бы предпочла решать дела уже вместе с пробудившимся мужем, но раз это срочно, то что делать?
— Это он! — зашипела Ханна, стоило Тисону выйти. — Тот самый преследовавший меня аристократ!
— Который спутал тебя с кем-то, — припомнила я.
Она закивала так быстро, что ее кудряшки запрыгали.
— Не знаю, что он задумал, но не соглашайтесь ни на что. Отдать меня, или что-то в этом роде…
— Ханна, — перебила я ее, — ты свободная женщина. Я не могу тебя никому отдать. Но разве тебе не интересно его выслушать?
— Нет, — она скрестила руки на груди. — Он старый и безумный.
Я посмотрела на нее с огромной долей скепсиса: сильно сомневалась, что безумец мог стать императорским советником.
Ноа Эмар оказался не таким уж старым, я бы дала ему не больше пятидесяти, и достаточно приятным мужчиной, хотя и сильно нервничавшим рядом с Ханной. Стоило советнику увидеть девушку, так у него мелко задрожали руки, а во взгляде застыла тоска. Я даже решила, что у него любовный интерес к моей Ханне, но все оказалось гораздо круче.
— Двадцать лет назад, когда я был юным и наивным, я влюбился в девушку из драконьего рода, — начал свою историю Эмар, как только пересилил волнение. — Взаимно. Мы даже собирались вместе бежать, потому что ее родители не дали согласие на брак. Мой род был не настолько знатным, а мое положение при дворе не столь высоким. Элиза рассказала обо всем камеристке, она передала наши планы ее родителям, и нас поймали.
Элиза. Я метнула взгляд в Ханну, которая до этого сидела в кресле, уставившись в одну точку, но вдруг вскинула голову. Посмотрела на мужчину, занявшего место у окна.
— Элизу отправили к дальним родственникам. Как я ни пытался выяснить, куда, так ничего и не узнал. Только спустя годы, став тем, кто я есть, я продолжил поиски, и мне сообщили, что она умерла. Я сотню раз успел оплакать свою потерю, так и не женился, потому что, глядя на других женщин, видел только ее.
Он снова посмотрел на Ханну и слабо улыбнулся:
— Когда я встретил тебя в коридоре, это было как удар под дых. Ты ее точная копия.
Он прочистил горло и повернулся ко мне.
— Я провел расследование, ара Эрхольд, и выяснил, что эта девочка — дочь моей Элизы. Более того, я попросил доктора Вайта провести экспертизу и выяснил, что она моя родная дочь.
— Так не бывает! — словно в подтверждение своих драконьих корней зарычала Ханна, вскакивая. — Что вы такое придумали? Чтобы сиротка безродная оказалась дочерью советника? Не морочьте мне голову!
Разрыдавшись, она бросилась прочь, а я взмахом руки остановила устремившегося за ней Эмара.
— Дайте ей время, — попросила. — Это все правда? Она ваша дочь?
— Моя, — серьезно кивнул советник. — И я признаю ее и заберу к себе. Я столько лет жил без семьи, а они отдали мою дочь в приют…
