Аккуратно сжимая в кулаке крошечное сокровище, дядя поднес его поближе к мальчику и кивнул, призывая выставить руки вперед. Уже через секунду в ладошках Рея оказался фарфоровый кролик.
– Зайчик! – с восторгом воскликнул мальчишка и радостно затоптался на месте.
– Не просто зайчик, а магическое ушастое существо! – заговорщически прошептал Бодрийяр-старший. – Оно будет с тобой всегда, и никакие чудовища ему не помеха!
Реймонд схватил фигурку покрепче и радостно обнял любимого дядюшку. Но стоило его мордашке оказаться на плече родственника, он снова захныкал.
– Что такое? – зашептал Герман. – Не нравится?
– Почему дедушка меня обижает? – сквозь горькие детские слезы еле проговорил ребенок. – Почему обижает?
Мужчина нахмурился и, подняв дитя на руки, вновь обернулся в сторону двери, что так терзала сознание мальчика одним своим видом.
– Где дедушка? – абсолютно серьезно, но все еще тихо уточнил мужчина.
– За дверью! – Рей прижимал подаренную игрушку к себе, но все никак не мог угомониться. – Большой и черный! Мне страшно!
– Тише, малыш… – дядя укачивал чадо, не подавая виду, что на самом деле начинал понимать. – Тише… Скажи мне, как будут звать твоего кролика?
– Я не знаю…
– Давай же… – отвлекал его взрослый. – Если мы не придумаем имя, волшебство не сработает!
– Это Ева… – пару минут спустя отозвался Реймонд. – Пускай защищает Ева.
– Хорошее имя! – искренне улыбнулся дядя. – Может быть, напишем его краской, прямо на ее тушке? Чтобы она его не забыла и всегда могла тебе помогать?
Мальчик закивал. Герман опустил его на ковер, занимавший большую часть комнаты, но все еще держал за руку, для того чтобы сохранить чувство безопасности.
Но стоило племяннику и дядюшке начать поиски красок, в комнату постучали: в проем заглянула Ангелина.
– Бабушка! – с улыбкой позвал Рей.
Женщина, чьи волосы теперь почти наполовину был тронуты сединой, с улыбкой прошла внутрь.
– Здравствуй, Реймонд, – мягко сказала она, но не сделала больше ни шага. – Сынок, нам пора ехать. Путь будет неблизким. Не хотелось бы возвращаться в ночи.
– Это обязательно? – с хорошо скрываемым раздражением уточнил Герман. – Словно меня заботит мой переезд, а не вас.
– Ты знаешь, что так распорядился твой брат, – Лина опустила голову так, будто ее слово в этом доме не могло ни на что повлиять. – Поедем скорее.
Дядя присел к мальчику и обнял его на прощание:
– Я вернусь для того, чтобы пожелать тебе добрых снов. А ты покажешь мне, как нарисовал имя, хорошо?
Малыш не ответил, но стоило мужчине подняться во весь рост, залепетал:
