Мистер О демонстративно зевнул. Худшие черты того, кого я впервые узнал под статусом заказчика, начинали проявляться, стоило мне начать вести себя не так, как ему хотелось.
– Отвечай, – мрачно буркнул я. – Иначе сейчас возьму и пойду на работу, тут недалеко идти.
– Как страшно, – Джереми закатил глаза. – Но бесполезно. Сегодня работа сама к тебе придет.
– Чего?
Мужчина отошел от меня и медленно двинулся в сторону лавочки, предлагающей к продаже самодельный аниме-мерч. С видом заядлого знатока японской культуры, Оуэн уставился на пластиковые стенды с персонажами. Я с большой неохотой последовал за ним.
– Тебе такое нравится? – как ни в чем не бывало вопрошал он, рассматривая невнятный силуэт в черном плаще и с катаной в руках. – Не Бэтмен, конечно… Но хочу что-нибудь прикупить.
Продавщица (которая, по всей видимости, и делала все побрякушки своими руками) в розовом кудрявом парике и кошачьих ушках смотрела на нас с легкой степенью шока и высоким уровнем неопознанного интереса.
Наверное, так же нелепо Джереми выглядел, когда покупал мне Нинтендо.
– Вам что-нибудь посоветовать? – почти нервно произнесла она с дежурной улыбкой, соединив указательные пальцы в странном жесте. Вероятно, он означал смущение?
– Нет, спасибо! – вежливо кивнул я и, понизив тон, вновь обратился к Оуэну. – Говори, дед.
Мой спутник закатил глаза и отвел меня от магазинчика за плечо. Девушка в кошачьем образе проводила нас взглядом. Может быть, ее так смутили солнцезащитные очки?
– Ты забегаешь вперед. Мы еще не дошли до этого, – лениво покачал головой мужчина, смотря мимо меня. – Право наследия несет в себе множество нюансов. Этот дом перестал принадлежать Бодрийярам еще при жизни Ангелины. Была ситуация, из-за которой от него пришлось отказаться в пользу других активов. Мать Германа и Валериана доживала свой век в доме, который известен тебе как МёрМёр.
– А аптека? – я нахмурился, очевидно, не понимая, о какого рода ситуации идет речь.
– Аптека работала всегда, иначе на что бы доживали век одинокие старушки Лина и Мари? – почти весело произнес О.
– Ну куда уж, одинокие. У них был труп мальчика в лифте! – криво иронизировал я.
Мистер Буква глянул на меня, как на идиота, и проследовал к выходу из первого зала:
– Я передумал покупать тебе игрушки.
Мы оказались в коридоре с винтовыми лестницами. Должно быть, когда-то тут располагалось одно из подсобных помещений, но распознать суть было трудно, потому как проемы окон теперь были замурованы и завешаны плакатами с рекламой.
