Единственным источником света служили лампы накаливания «Тесла», объединенные в один легкомысленный пучок под потолком.
– Кухня, – угадывая мои мысли, равнодушно кинул Джереми. И как он мог передвигаться по малоосвещенному пространству в своих чертовых очках?!
– Ты не ответил на главный вопрос, – я продолжал настаивать, еле поспевая за ним. Оуэн ориентировался на просторах «Контура» отлично, и толпы посетителей ему не мешали. – Почему ты уверен, что это тот самый дом, если документально это не подтверждено?!
– Я бывал здесь тридцать лет назад. Думаешь, я шутил о том, что занимался диггерством? Не в классическом понимании, но все же, – мужчина вступил на одну из лестниц и продолжил вещать, не оглядываясь на меня. – Дом простоял закрытым долго, буквально «сварился» в своей энергетике. Попав сюда впервые, я не сомневался ни секунды.
– Боже, это бред! Ты основываешься на ощущениях, теориях. Это все не имеет никакой почвы! – возмущенно воскликнул я, пугая встретившуюся нам по пути наверх молодую парочку. – Ты морочишь мне голову и даже не стесняешься!
– Хорошо, Боузи. Я пытался говорить с тобой на твоем языке эмпатии. Ну, значит буду напоминать о том, что тебе так во мне не нравится, – цокнул мужчина, наконец достигая площадки второго этажа. – У меня были деньги. А в городе есть архив. Или твоя подружка Мисти не говорила, что досье на Бодрийяров довольно богато, и было детализировано по моему заказу очень давно? Все, на что хватило ее ума, – назвать тебе мой возраст и имя?
Я остановился на последней ступеньке и посмотрел на Джереми исподлобья.
– Я задал ей только один вопрос, и она дала на него ответ. Откуда ты?..
– Боже, мой мальчик! – мистер О смотрел на меня с таким недоумением, словно я удивлялся тому, что небо на самом деле голубого цвета. – Ты правда думаешь, что я бы не дал задачу докладывать мне обо всех, кто когда-либо заинтересуется нашей родословной? Я искал Реймонда! Я ждал, пока он вспомнит!
Внутри зашевелилось что-то колкое. Осознание того, что клетка, уготованная мне моим личным антагонистом, была значительно больше, чем я предполагал, давалось через тошноту.
– И кто еще тебе помогал? И как?.. – нерешительно произнес я, все же переступая порог второго этажа «Контура». Мое остолбенение мешало посетителям курсировать.
– Сам спросишь, – отмахнулся от меня мужчина и двинулся куда-то вперед.
