Я, конечно, приморился. И с дороги, и от "почестного пира". Но сплю мало - беломышесть моя спать не даёт. А уж когда Курт рядом шевельнулся да уши навострил...

Тёмно, факеншит. У божницы огонёк чуть теплится. Ночничок средней вонькости. Лежу-слушаю. Тихо. Померещилось? Не, слыхать - идёт кто-то. Несколько. Тяжёлые. Крадутся. Слонопотамы беременные.

Напомню: терем - деревянный. Дерево усыхает и начинает скрипеть. Избавиться от этого можно. Залить монтажной пеной... подбить клинья... металлические анкеры... перебрать пол... уложить фанеру... протянуть саморезами...

Проще: всего этого либо просто нет, либо дорого. Здесь не принято.

Понятно, что по гульбищу и прислуга бегать может. Но среди ночи, толпой... Во, железка звякнула. Придётся, Ванюша, вставать.

Пока кафтан с кольчужкой, да сапоги со вставкой, да плевательницу в рукав... Курт носом дверь в прихожую открыл. В полутьме видно: Сухан уже по-боевому. Стоит. С топорами своими у косяка дверного.

С другой стороны вестовой на лавке дрыхнет. Невинный сон младенца. Посапывает сладко. Умаялся парнишка. Ну и пусть спит. А то будить, вскочит спросонок, шуметь начнёт. Пользы от него в бою... А гости-то уже за дверью. Притихли. Переминаются там. Вздыхают. Промеж себя шепчутся.

Темновато, но глаза присмотрелись. Видно: ножик всунули и норовят крючок поднять.

Робята! Да кто ж так делает! Я ещё вовсе зелёным был, а в Рябиновки в поварне щеколду куда как быстрее и правильнее...

"Подготовленный человек сражается не потому, что хочет, а потому, что не может поступить по другому". - Мы подготовлены? По-иному не можем? - Бой.

Тут крючок отскочил, и они толпой, комом таким - внутрь. Первые - молча. А дальние там... с криком:

-- А-А-А! Бей! Руби!

Нас пугают, себя воодушевляют. Сами в тёмном, морды бородатые, шапки мохнатые... только белые пятна лиц да мечи, вперёд выставленные, светлеют.

"Хорошо, что не негры попались".

Ну и я... по белым пятнам... и ниже... частым пук-пуком... в ком тёмный и орущий... как однорукая царевна-лягушка.

У той-то две руки: "Махнула левым рукавом - стало озеро, махнула правым - поплыли по озеру белы лебеди".

Махнул левым рукавом с "плевательницей"... нет, озеро - не "стало", озеро - потом натекло.

Мы нынче "плевательницы" полегче делаем, чем как я булгар на Аише встречал-приголубливал. Калибр поменьше, обойма половинная. Из-за растущей однородности металла стволы и ресиверы более тонкостенные.

Легче, удобнее. И я этим удобным - пук-пук-пук... Пульки семимиллиметровые чугунные... в вваливающийся и вопящий худоразличимый ком человеческих тел. С пятнами лиц и полосками мечей...

Они не ожидали.

Напомню: команда "ложись!" здесь бывает в опочивальне да на конюшне при порке. В бою лечь - стыд, позор. "Не упал" - основание для гордости.

У вятших навык отсутствует напрочь. Они - гордятся. "Ура! Мы ломим!".

Первых от пуль отбрасывает назад, они падают, орут, визжат... В дверном проёме - куча мала. Потом топот по гульбищу. Задние убегают.

-- Курт! Взять!

Здоровенная тёмная мохнатая туша с места под верхнюю притолоку - прыг.

По-футбольному - нулёвка. Верхняя средняя. И там завизжало, загремело, затопало. Когти невтяжные, на бегу, по настилу, молотит как... как табун испуганный. А с той стороны из-за стены мах мечом. Вслед моему волку. В дверной проём видать. Вроде, не достал. Затаился гадёныш.

Сухан - не волк и уже не зомби. Ему командовать - нужды нет. Человек - может сам решать кого убивать. Мах мечом шёл сверху вниз. Мах топором - сверху наискосок.

-- А-а-а!

Попал. И сразу броском туда. За дверь, на гульбище. Звякнуло. И крик сразу прервался. И ещё парный звяк. Странно, Сухану одного удара хватает. Или там ещё кто был?

Вернулся в опочивальню, лампадку раздул.

Ты смотри! А они ещё шевелятся. Жить хотят. Зря.

Пульки тратить - они денег стоят. Достал "огрызки" свои.

Моя ошибка. Нужно было достреливать. Но я... сэкономил. Решил, что осталась чисто "финальная приборка". А дорезать удобнее клинками.

Пятеро. Впереди оказался тот здоровяк, который на меня на пиру чуть не бросился.

Крепок. Я как чувствовал: "такого убивать - пропотеешь". На ноги поднялся, меч не выпустил. Судя по тому как руки держит, я ему в живот попал. Ходячий мертвец: после таких ран при здешней медицине - три дня до кладбища максимум. А то можно и быстротечную гангрену за несколько часов устроить. Но пока... вооружён и очень опасен.

Ну них...! Как же так?! Как я просмотрел?!

На лавке справа - мой вестовой. Лицом к стене. С мечом в спине.

Когда я начал стрелять - началась свалка. Одного из бояр кто-то толкнул. Тот полетел носом вперёд, инстинктивно выставив меч в руке. И убил парнишку. Насквозь пробил. Потом поймал от меня пульку. В позвоночник. Ишь как его на полу возле лавки выгибает. А меч так в моём и остался.

Факеншит! Загляделся.

Перейти на страницу:

Все книги серии Зверь лютый

Похожие книги