На фронт Первой мировой Жданов отправился начальником штаба 4-й Донской казачьей дивизии. С 16 ноября 1914 г. служил штаб-офицером при управлении отдельной сводной бригады пограничной стражи в крепости Новогеоргиевск. С 8 марта 1915 г., оправившись от последствий контузии, командовал 43-м Сибирским стрелковым полком. Был ранен насквозь в левое бедро 30 июня 1915 г. под деревней Обромбец возле Прасныша, вернулся в строй 28 августа. С 1 июля 1916 г. Жданов занимал пост начальника штаба 65-й пехотной дивизии. В октябре 1916 г. военно-санитарным ученым комитетом по последствиям полученных в войну повреждений был признан подлежащим причислению ко 2-му классу раненых. Как раненый 2-го класса и имеющий четыре ранения и контузии Жданов 19 февраля 1917 г. получил право на ношение соответствующих отличий. Несмотря на ранения, офицер 24 мая 1917 г. был допущен Ставкой к исполнению должности начальника штаба 16-й Сибирской стрелковой дивизии. 1 июля 1917 г. он отправился на должность временно командующего 2-й Сибирской стрелковой дивизией, а 9 августа — на должность начальника штаба 16-й Сибирской стрелковой дивизии. Однако этот штаб Жданов не возглавил, а выехал к месту нового назначения начальником 121-й пехотной дивизии. Ко времени большевистского переворота Жданов продолжал служить на этом посту, причем сохранил должность и по выборному началу 3 января 1918 г.[1572]
Сохранилось описание целого ряда подвигов, совершенных Ждановым в Первую мировую войну, которое характеризует личные качества этого офицера: «В ночь с 20 на 21 апреля 1915 года полковник Жданов с четырьмя ротами вверенного ему 43-го Сибирского стрелкового полка и команды пеших и конных разведчиков того же полка при поддержке 1-й батареи 11-й Сибирской стрелковой артиллерийской бригады, лично под огнем неприятеля, руководя их действиями, несмотря на упорное сопротивление немцев и ураганный огонь их артиллерии, с боя захватил укрепленный пункт неприятельской позиции — ф[ольварк] Помяны и закрепил его окончательно за собой, отбивая как в эту ночь, так и в течение трех следующих дней, 21, 22 и 23 апреля, огнем и штыками многочисленные яростные контратаки немцев, пытавшихся превосходными силами выбить нас из занятого фольварка, и нанося им огромные потери (на поле сражения осталось до 1000 немецких трупов), благодаря чему линия позиции 11-й Сибирской стрелковой дивизии выпрямилась и значительно сократилась в своем протяжении. С таким же успехом полковник Жданов отражал и дальнейшие попытки немцев выбить нас из фольварка Помяны, причем 29 мая, когда немцы, развив по ф[ольварку] Помяны и д[еревне] Лысаково интенсивный артиллерийский огонь из 18–20 тяжелых орудий и выпустив по этим пунктам свыше 1000 снарядов, повели решительное наступление силою свыше двух баталионов, полковник Жданов отбил 7 немецких атак и удержал ф[ольварк] Помяны в своих руках[1573]. Во время этого последнего боя был тяжело контужен в голову артиллерийским снарядом, но остался в строю (ч. III, от[деление] 2, ст. 112, п. 1)[1574].
В бою 30 июня 1915 года, занимая своим полком в составе 3¾ баталиона, 1-й батареи 11-й Сибирской стрелковой артиллерийской бригады и взвода 1-й отдельной Сибирской мортирной батареи позицию Мховко — Ольшевец протяжением почти 6 верст, полковник Жданов, расположив свои роты с тонким тактическим пониманием, умело и своевременно высылая свой частный резерв, лично под ураганным огнем неприятельской артиллерии[1575] направляя роты, несмотря на прорыв немцев на всем фронте левофлангового соседа — 41-го Сибирского стрелкового полка и полное уничтожение 1 баталиона своего полка, стойко держался на своей позиции до получения приказания об отходе, отражая многочисленные атаки немцев, наступавших на его участок силою не менее дивизии, что дало возможность подойти из резерва 1-му Сибирскому стрелковому полку и 2 баталионам 8-го Туркестанского полка, обеспечило левый фланг 2[-й] Сибирской стрелковой дивизии и позволило 11-й Сибирской стрелковой дивизии восстановить свой фронт на второй укрепленной позиции Обромб, Хайново, Чернице — Борове, Лысаково. Обходя и лично устраивая роты на новой позиции под действительным огнем противника, полковник Жданов был ранен осколком гранаты в ногу навылет, после чего был эвакуирован (ч. III, отд[еление] 2, ст. 112, п. 6).