28 апреля красные оставили Черный Рынок под натиском превосходных сил противника. Начальник штаба армии Шарсков сдал должность Е.Н. Ригельману и уехал в штаб 33-й дивизии. Вместе с тем 26 апреля в распоряжение командующего армией на должность начальника штаба прибыл бывший временно исполняющий должность военрука Московского окружного комиссариата по военным делам и начальник штаба Московского военного округа генштабист А.Ф. Кадошников, по всей видимости, ранее служивший со Ждановым. Временно исполняющий должность начальника 34-й дивизии А.С. Смирнов получил назначение начальником гарнизона Астрахани. Жданов в этот день отдавал распоряжения о снабжении 34-й дивизии обмундированием, обувью и оружием[1714].
29 апреля состоялся разговор Жданова с Вацетисом по прямому проводу. Жданов сообщил о получении утром 28 апреля телеграммы Костяева № 1938/оп от 27 апреля о безотлагательной переброске на Восточный фронт 33-й дивизии и бригады 7-й кавалерийской дивизии и о срочном донесении, на каком основании дано противоположное распоряжение. Жданов заявил: «Побеспокоил Вас лично, чтобы доложить, что означенная телеграмма Ф.[В.] Костяева есть плод какого-то недоразумения»[1715]. Жданов заверил главкома, что уже 25 апреля в армии приступили к выполнению приказа, так как начдив донес, что из Астрахани отправлено 4000 штыков при 12 легких орудиях. Командарм просил отправить из армии только бригаду 33-й дивизии, а прочие части и бригаду 7-й кавалерийской дивизии оставить. В противном случае армия лишалась воинских частей, а 34-я дивизия еще только формировалась (в наличии имелись 3000 красноармейцев с разнообразным вооружением, плохо обмундированных, в основном выздоравливающих, формирование шло медленно из-за отсутствия лошадей, упряжи и обоза). Жданов также заявил Вацетису о благоприятной обстановке на Кавказе для овладения всем краем и о важности захвата Гурьева[1716]. Однако, несмотря на эти просьбы, главком подтвердил необходимость переброски всей 33-й дивизии в указанный район. Вацетис отметил, что свои собственные задачи 11-я армия должна решать постепенно по мере формирования 34-й дивизии[1717].
1 мая состоялся разговор по прямому проводу между Ждановым и начальником Полевого штаба Костяевым, который интересовался, почему прекращена погрузка войск и почему части не отправляют по Волге. Командарм ответил, что погрузка продолжается (что, по мнению проводившего расследование тех событий генштабиста Королькова, не соответствовало действительности) и что 2 мая отправятся пять пароходов с двумя баржами каждый (в итоге отправили три парохода и четыре баржи)[1718].
Вечером 1 мая Жданов направил главкому соображения о том, что в связи с переброской на Восточный фронт 33-й дивизии в его распоряжении не останется войск для намеченных сухопутных и морских операций. Командарм телеграфировал: «Получили Ваше последнее указание по прямому проводу, изменяющее телеграмму № 1844/оп и требующее отправки всей 33[-й] дивизии [в] полном составе, что и исполняется, докладываю, что одиннадцатая армия остается без войск и до получения обещанных Вами пополнений вооружения и всего необходимого для снабжения 34[-й] дивизии, ибо все отдано в 33[-ю] дивизию, я не имею возможности: 1. Приступить к дальнейшему развитию операции на Черный Рынок — Святой Крест, а также и Гурьев, подготовительные работы которого уже начаты и частично выполнены. 2. Необходимо Ваше указание Каспийской флотилии, занявшей Форт Александровский и начавшей операции на Петровск, ввиду того, что с уходом 33[-й] стрелковой дивизии главная база флота и единственный его тыл Астрахань не обеспечена и кроме десантного отряда [в] четыреста человек, предназначенных для захвата Петровска и находящегося в море для совместных действий с флотом, дать ничего не можем, между тем как вслед[1719] за захватом Петровска в целях закрепления этого района надлежит немедленно же направлять туда войска»[1720].
К 1 мая 1919 г. в армии оставалось всего 5787 штыков, 1655 сабель, 284 пулемета, 28 орудий, 6 бомбометов и минометов, 6 аэропланов, аэростат, 5 бронеавтомобилей, бронепоезд, 4968 лошадей, 14 704 человека[1721]. Между тем 2 мая флот занял Форт Александровский. Тогда же в РВСР с копиями В.И. Ленину и Л.Д. Троцкому председателем РВС 11-й армии Мехоношиным были направлены соображения о крайне затруднительном для 11-й армии положении в связи с переброской 33-й дивизии и с промедлением в пополнении людьми и снаряжением формировавшейся 34-й дивизии[1722].