А вечером нужно будет как-то аккуратно поговорить с Ляйсан, чтобы она захотела на прогулку именно в тот парк. Ох, только бы все получилось! Я… я не знаю, что готова отдать за нашу с дочерью безопасность.
Пусть хоть до конца жизни мне придется перебиваться с хлеба на воду! Только бы от Османова подальше…
Ещё час я нарезаю круги по торговому центру. Успеваю выбрать несколько вещей для дочери, в том числе и игрушки. А потом приходится возвращаться обратно в тюрьму, то есть в особняк. К сожалению, Османов уже там. Встречает с наглой ухмылкой, уверенный, что все под контролем.
В его взгляде я вижу превосходство и приговор.
Критические дни однажды закончатся. Муж на низком старте — проценты по супружескому долгу давно превысили все планки. Но я даже представить не могу, как можно заставить себя терпеть этого ублюдка. И очередная ночь проходит почти без сна. Я изредка проваливаясь в дрёму и дергаюсь всякий раз, стоит Османову меня коснуться.
Утро, к счастью, встречает меня пустой постелью. Радоваться бы, но нервы натянуты до предела. Если повезёт, завтра меня уже тут не будет. Но нужно очень хорошо подготовиться. У меня только один шанс. И если допустить ошибку… Ох, даже представлять не хочу, что со мной будет.
Арсен
День не задался с самого утра. Тендер вот-вот проиграю, а еще рано утром какая-то тварь пыталась проникнуть на склад.
Охрана прощелкала клювом, но сработала сигнализация. Оборудование почти не пострадало, и все-таки пришлось ехать осматривать место происшествия.
А мог бы побыть с женой…
Стискиваю кулаки, вспоминая, как Ясмина уже четвертую ночь подряд бегает от меня по всей кровати.
Маленькая стерва даже не пытается скрыть отвращения. Это выбешивает… Кажется, схватил бы в охапку и оттрахал как дешевую шлюху. Чтобы орала и извивалась… а потом просила еще. Вот только последнего хрен дождешься.
Да и певать!
Меня заводит сама мысль о том, как я буду драть Ясмину. Наказывать за все те долбанные пляски, которые развел, пытаясь добиться ее расположения. Ни с одной девкой себе такого не позволял! А вот жена… Ох, это мой личный наркотик. От нее невозможно отказаться!
Сминаю лист с отчетом и отправляю в мусорку.
А потом набираю номер кухарки.
— Приготовь что-нибудь особенное. И вечером можешь быть свободна.
— Д-да, Арсен Дамирович, а ваша жена, она…
Не дослушав, я сбрасываю вызов. Знаю, что эта старая дура переживает за Ясмину. Как и половина прислуги. Уволю всех к чертовой матери! Рядом не должно остаться никого, кто бы мог мне мешать. Это моя жена! И как хорошая, мать ее, супруга она обязана подчиняться мужу, а свою гордость пусть засунет подальше. Сам идиот — слишком разбаловал!
Отдышавшись немного, звоню тестю.
— Сегодня ждите в гости Ляйсан. У нас с Ясминой свидание.
Тесть одобрительно цокает, бухтит что-то вроде «давно пора было». Прощаюсь и, окончательно выдохнув, включаюсь в работу. Сегодня я намерен устроить шикарный, мать его, вечер. И ничто мне не сможет помешать. К черту ее критические дни. Потерпит альтернативный способ.
У меня трясутся руки. Вчитываюсь в сообщение от матери и понимаю — времени не осталось совсем. Ублюдок решил перейти к активным действиям, и я могу сколько угодно кричать о помощи — никто и пальцем не двинет.
Глубоко вздохнув, отправляю мобильник обратно в сумочку.
У меня есть только один шанс. Где эти чёртовы помощники? Мы с Ляйсан торчим в этом парке уже час!
Стараясь не привлекать к себе внимание охраны, оглядываюсь по сторонам и… получаю тычок в бедро.
— Ой, тетя! Простите! — хнычет какая-то… девочка?
Да, точно… Две косички, задорный курносый носик с веснушками и ополовиненная бутылка сока.
Медленно перевожу взгляд на пальто, по которому расползается пятно.
Ляйсан тут же оказывается рядом.
— Мамочка! Фу, глязька! А я в туалет хочу…
— Да, пойдем. Кажется, он там.
На удивление, мой голос звучит спокойно. Страх вдруг куда-то исчезает, и охрану я встречаю абсолютно равнодушным:
— Может, ещё на толчке со мной посидите?
Парни переглядываются. Один из них — Мирон, у которого я по глупости просила мобильник — первым отступает в сторону.
— У вас пятнадцать минут. Потом мы заходим.
— Как вас Османов выдрессировал, — морщусь, даже не пытаясь скрыть издевки.
Но ублюдки не реагируют. Деньги им важнее совести.
Схватив дочь в охапку, быстрым шагом направляюсь к туалету. И только пальцы касаются ручки, сердце подпрыгивает к горлу. О Аллах! Помоги! Пусть Дина не обманет! Не для себя прошу — для дочери! И чтобы отомстить за моего так и не рожденного ребенка
Шагаю внутрь и чуть не налетаю на выходящую оттуда женщину.
— И-извините…
Но меня не слушают. Незнакомка что-то бурчит и уходит. Ладно… Не чувствуя под собой ног, иду к умывальникам.
— Давай немного переведем себя в порядок, — бормочу, стараясь говорить достаточно громко. — А то
Одна томительная секунда, две, десять… И вдруг дверь одной из кабинок открывается. Из нее выходит женщина в невзрачном мешковатом комбинезоне. Такие обычно носят рабочие.