Измена. Проиграть любовь (СИ) полностью

– Тоже, что и твой муж, милая, – он приближается, а за мной – пропасть в двадцать пять этажей. – Составишь мне компанию этой ночью? – шёпот и властный взгляд тёмных глаз того, кто не привык к отказам.

– Отпустите! – я уворачиваюсь от поцелуя, ещё надеясь закончить всё миром. Но какой, к чёртовой матери мир, если его колено уже между моих ног, а сильные пальцы фиксируют голову за подбородок.

– Брось, малышка, – жёсткая усмешка. – Я гораздо богаче и влиятельнее твоего Кирилла и могу исполнить, действительно, любую твою мечту.

– Пошёл к чёрту! – я перестаю брыкаться, перенося вес на другую ногу. Чтобы было удобнее.

– Дикая девочка, – довольно заявляет он, – мы восхитительно проведём время!

– Это вряд ли, – сквозь зубы цежу ему в лицо.

Он не успевает закрыться от удара в пах. Качественного такого удара, учитывая позу, и сгибается, опираясь рукой о парапет и хватая ртом воздух.

– Дрянь! – слышу в спину и оборачиваюсь.

– Я сама исполняю все свои мечты, – и вовремя разминаюсь с парочкой, решившей подышать свежим воздухом.

– Костя? Ипатьев? – удивляется совсем пожилой мужчина. – А я как раз тебя ищу! У тебя всё в порядке?

Стоит мне поднять голову, и он узнаёт меня. Совершенно точно узнаёт, потому что меняется не только взгляд.

– Мне пора, – я беру телефон, сумку и встаю, оказываясь лицом к лицу с тем, чья фамилия очень не зря казалась знакомой. Я жду, что он удержит, как тогда, но мерзавец только цепко изучает моё лицо. Всё ещё сомневается?

– Кира? – мой уход волнует Хоффмана гораздо больше, чем присутствие собственного отца, но он – умный мальчик. Уверена, ему не потребуется много времени, чтобы прийти к правильным выводам.

– Не хотите составить нам компанию? – в его глазах – неприкрытая насмешка и я с трудом сдерживаюсь, чтобы не повторить события того вечера, вместо этого твёрдым шагом удаляясь как можно дальше от обоих.

Это было пять лет назад, но запомнилось надолго. После того происшествия я сразу же отправилась к лифту, а пока спускалась – вызвала такси, и уехала домой, не став ничего говорить Кириллу. А когда он позвонил, не найдя меня на вечере, сослалась на плохое самочувствие, заодно получив нотацию о том, что нужно было сказать ему и мы бы сразу поехали домой.

Вот уж правда, как тесен мир! Так тесен, что тошнит!

Я открываю дверь машины, когда чувствую чужое присутствие за спиной.

– Кира, что произошло? – Хоффман приближается почти вплотную. – Чем тебя взбесил отец?

– Я не хочу и не буду об этом говорить, – я собираюсь сесть в салон, но он удерживает, заставляет сделать шаг и захлопывает дверь.

– Кира… – ему тяжело. Во взгляде – холодная ярость, в движениях – слишком много резкого и Хоффман сам понимает, что не может взять себя в руки. – У тебя с ним что-то было? – звук пощёчины разносится по всей парковке и на нас оглядываются редкие прохожие.

– Наглядный ответ, Хоффман?!

– Тогда почему ты ушла? Что я ещё мог подумать, хорошо зная его замашки?!

– Мне плевать, что ты думаешь! – я вырываю руку. – Так же, как и то, что думает твой отец и всё остальное семейство! Просто оставьте меня в покое!

В этот раз он не мешает мне сесть за руль и, взвизгнув шинами, я выезжаю на проспект.

Хватит!

Поцелуй с Хоффманом, обед с Хоффманом, отец Хоффмана. Что я, вообще, делаю со своей жизнью? Зачем мне всё это? Чтобы лет через десять испытать чувство дежавю, застукав бывшего одногруппника – настоящего мужа на очередной Меркуловой? Или чтобы оказаться невесткой человека, ничуть не изменившегося за прошедшие годы?

Александра Борисовна наверняка видит, что я опять не в себе, но молчит. И оставляет нас с Сашкой вдвоём. Ну как вдвоём… Мысли крутятся в голове, мешая, раздражая, планируя добить меня предположениями. Кажется, я что-то хотела?