Он закончил и погрузился в молчание. Больше он ничего не мог сказать. Защищаться было нечем, но, если честно, Джеймс и не хотел. У него была только правда и его раскаяние, и Элоди либо верит ему, либо нет. Ничего нового он ей не скажет.
Она отвернулась. Ее необычайно голубые глаза казались еще ярче пасмурно-хмуром свете, и она выглядела такой хрупкой, что ее невозможно было не любить.
Молчание длилось вечность, но наконец Элоди набрала в грудь воздуха и сказала:
— Оливия врет мне. Я верю тебе, Джеймс.
Он еле удержался, чтобы не сгрести ее в объятия. Но Элоди всё еще была несчастна, и слишком радостный порыв мог бы ее смутить.
— Но почему она это сделала? — продолжила она полушепотом. — Зачем?
Джеймсу пришло в голову несколько причин, ни одну из которых не хотелось озвучивать.
— Я не знаю, — тихо ответил он.
Лицо Элоди вдруг стало полным надежды.
— А может, она и правда считает себя пострадавшей? Вдруг она как-то неправильно трактовала твои слова или жесты и подумала, что это ухаживание? А ты этого даже и не помнишь? И теперь она считает, что ты плохой человек и хочет оградить меня от тебя?
Джеймс прикусил язык, чтобы не выпалить всё, что он думает по поводу Оливии и ее «благородных» мотивов.
— Возможно, всё так.
Плечи Элоди поникли под его руками.
— Или, возможно, Лив просто несчастна и хочет сделать несчастными других.
Это уже было похоже на правду. Бедная, ранимая Элоди… Живя в своем поместье, она видела мало низости. До сих пор его предательство было для нее самым суровым испытанием, а теперь родная сестра тоже ее предала.
— Прости меня, — прошептал Джеймс.
Она вздрогнула и вопросительно посмотрела на него.
— За что?
— За то, что посеял весь этот хаос. Если бы я контролировал себя в ту ночь, ничего бы не было.
Было время, когда он утешался, убеждая себя, что ни в чем не виноват. Но он был виноват, и они оба это знали.
Элоди улыбнулась. Печально, но искренне.
— Спасибо, — сказала она.
После этого повисла тишине. Джеймс убрал руки с ее плеч, и она сделала шаг назад. Потом еще один, и еще. Так много пространства между ними… Но что не так? Почему она отходит? Вмешательство Оливии всё-таки разрушило его шансы завоевать Элоди снова?
Нет, он отказывался в это верить.
— Ты просила меня быть честным, — напомнил он ей. — Теперь я прошу того же самого у тебя.
Радовало то, что она больше не скрещивала руки — они свободно раскинулись по бокам.
— Конечно, — кивнула Элоди.
Джеймс шагнул в ее сторону, не в силах этого выносить — расстояние между ними было глупо и бессмысленно.
— Эли, скажи честно, должен ли я бороться за тебя? Я буду это делать, если есть хотя бы один маленький шанс, но… Но если его нет, должен ли я сегодня же вернуться в Лондон?
Румянец расцвел на ее щеках. Он сиял еще ярче на фоне бледности и делал Элоди ослепительно красивой.
Она отвела глаза в сторону и ответила:
— Нет.
Джеймс на секунду разучился дышать, но Элоди взглянула на него и лукаво ухмыльнулась.
— Нет, не возвращайся.
Ужас сменился восторгом. Джеймс шумно выдохнул, даже не пытаясь скрыть облегчения, а Элоди тихонько рассмеялась.
— Испугался?
— О Боже, да! Не делайте так больше, леди Буршье.
— А что мне делать?
Он развел руки в стороны, и она приняла приглашение, шагнув в его объятия. Прижалась щекой к его плечу, как ребенок, ищущий утешения. Джеймс закрыл глаза, вдыхая запах ее волос.
— Зачем я тебе? — спросила Элоди. — Без меня тебе было бы проще.
Он пожал плечами.
— Не знаю. Знаю только, что ты преследовала меня во снах. Я скучал по тебе, хоть и пытался себя убедить, что это не так. Но мое сердце никогда тебя не забывало.
Она отстранилась и посмотрела на него широко раскрытыми глазами, блестящими от подступающих слез. Возможно, его признание слишком цветистое, но именно так он чувствовал.
Элоди подняла руку и коснулась его щеки.
— И мое, — сказала она, улыбаясь. — Оно тоже не забывало.
Джеймс наклонился, чтобы поцеловать ее, и она не сопротивлялась. Его пульс участился от желания и радости. Элоди принадлежит ему, и так будет всегда, и никто им не помешает. Он не позволит этого.
И пока он ее целовал, то вдруг четко осознал, что ему не нужно ждать бала. Вообще ничего не нужно ждать. Ожидание было преступно. Если Всевышний посылает ему подарок, то кто он такой, чтобы его не принять?
Он отстранился ровно на столько, чтобы их губы соприкасались и прошептал на выдохе:
— Выходи за меня.
Глава 18
Выйти за него? Она правильно расслышала? Сердце Элоди колотилось громко, что на мгновение ей показалось, будто она вообразила себе этот вопрос.
— Ты только что попросил меня выйти за тебя замуж?
Он кивнул, и легкая улыбка изогнула уголки его губ.
— Именно. Хочешь, чтобы я повторил?
Она покачала головой.
— Нет, нет… в этом нет необходимости.
Элоди уставилась на него, ошеломленная. Выйти за него замуж… Он будто услышал ее вчерашние мысли и поспешил воплотить их в жизнь. Так скоро! Ей до сих не верилось, что он хочет провести с ней остаток жизни. Сделать своей виконтессой, растить с ней общих детей. Она будто вернулась на три года назад, но сейчас все эмоции, все чувства ощущались еще острее.
