Зазвонил мой мобильник. Я вытащила его из сумки. На экране горела надпись «Напоминание». Я нажала кнопку и стала слушать. Механический женский голос прочел объявление:
«Вы оставили себе напоминание, установленное на четыре тридцать вечера».
Затем зазвучал голос – не мой. Говорила женщина. Старушка.
– Кэлли, это Хелена Винтерхилл. Твоя арендатор.
У меня бешено забилось сердце. Я ее узнала. Она была тем Голосом. Я усилила звук.
– Мне надо очень многое тебе сказать, но я не представляю себе, сколько у меня будет времени до того, как я снова вернусь в собственное тело. Как ты могла уже догадаться, у нас связь не очень надежная. В системе какой-то сбой. Надеюсь, его скоро исправят. До той поры ни в коем случае ничего не сообщай «Целям». Надеюсь, это ясно.
Я зажала второе ухо ладонью, чтобы не пропустить ни слова. Под ее решительностью ощущалась нервозность.
– А пока я прошу тебя не надевать вещи моей внучки. У меня сердце разрывается, когда я внезапно возвращаюсь в твое тело и обнаруживаю их на мне. – Голос у нее дрогнул. – Но я оставляю тебе сообщение не по этой причине. Я хочу заверить тебя, что если ты не нарушишь условия нашего контракта, то по его окончании ты получишь бонус. Очень щедрый бонус – при условии, что ты будешь сотрудничать со мной в полной мере.
На этом сообщение закончилось.
Я была поражена. Эта женщина явно не подозревала о том, что мне известно о задуманном ею убийстве. Конечно, Хелена знала только то, что видела в те короткие промежутки времени, когда она обитала в моем теле. Насчет моего разговора с Лорин она пребывала в неведении.
«Щедрый бонус», – сказала она. Но с большей вероятностью я погибну. Мертвым девушкам легко обещать бонусы.
Поскольку я отключилась всего на час, Хелена не могла успеть заехать домой. Она не знает о том, что я выбросила ее пистолет. Это хорошо. А вот плохо то, что я оказалась в ловушке в виде ее плана.
Я подняла голову и увидела, что охранник за мной наблюдает. Я стояла на месте слишком долго. Я повернулась к списку кабинетов. Колесики его кресла скрипнули по полу: он отодвинулся, чтобы встать.
Так кого явилась повидать Хелена? Она только что вошла: когда я очнулась, я стояла лицом к вестибюлю.
Я скользнула взглядом по списку кабинетов. Тут были в основном юристы и небольшое количество бухгалтеров. Где-то на трети списка я нашла имя, которое из него выделялось.
«СЕНАТОР КЛИФФОРД Ч. ХЭРРИСОН».
Дед Блейка.
Пока охранник шел ко мне, я продолжала смотреть на список кабинетов. Знакома ли Хелена с дедом Блейка? Наверняка это не просто совпадение! Скорее всего сам Блейк об этом контакте не знает, иначе он сказал бы, что его дед знаком с «моей» бабушкой.
– Чем я могу вам помочь, мисс? – спросил охранник.
По его голосу было ясно, что он готов вышвырнуть меня на улицу. Я просмотрела оставшуюся часть списка. Никакое другое имя ничего мне не сказало.
– Я к тебе обращаюсь! – Его тон был полон суровости и нетерпения. – Несовершеннолетняя.
Он использовал пугающий Н-козырь, который был в опасной близости от последнего Н-козыря: маршалов. Я повернулась к нему.
– Я собираюсь подняться на шестнадцатый этаж. В офис сенатора Хэррисона.
– Тебе назначено?
– Нет. Я просто собираюсь поговорить с его помощником.
Может, дело было в моем вызывающем тоне – или, возможно, подействовало то волшебное преображение, которое я получила в «Лучших целях», но он кивнул, а потом указал на электронный журнал посещений, встроенный в конторку:
– Распишись здесь. И оставь отпечаток пальца.
Я расписалась и прижала большой палец рядом с подписью. Дверцы лифта с мелодичным звоном открылись, и я поехала на шестнадцатый этаж. Я надеялась выяснить, какие отношения связывают арендовавшую мое тело старушку и деда Блейка. Тут было явно что-то не то.
Когда я вышла из лифта, передо мной оказались двери с выгравированной лазером надписью:
«РАЙОННОЕ ОТДЕЛЕНИЕ, СЕНАТОР ХЭРРИСОН».
В офисе сидевший на приеме старичок посмотрел на меня с улыбкой на губах и снисходительным взглядом.
– Сенатор Хэррисон здесь?
– К сожалению, он на мероприятии по сбору средств. Я чем-то могу помочь?
Я осмотрелась. За приемной был коридор, в который выходило несколько офисов. Кабинет Хэррисона скорее всего был в самом конце.
– А когда он вернется в офис?
– Он принимает избирателей только по предварительной записи. – Он обвел меня взглядом. – Но ты ведь слишком молоденькая, чтобы иметь право голоса, так ведь?
Он ухмыльнулся, словно эта шутка была смешной. Медицина много чего делала для старичков, но вот улучшить им чувство юмора у нее не получалось.
– Может, я старше, чем вам кажется, – сказала я.
Его ухмылка сменилась недоумением, однако он быстро взял себя в руки.
– Вот что ты можешь сделать. – Он вручил мне карточку. – Это его веб-сайт. Можешь связаться с ним через него.
Я взяла у него карточку, прекрасно понимая, что мое сообщение прочтет только программа-робот.
