Я вернулась домой и проскользнула в спальню Хелены. Я понимала, что мысли о Блейке – это непозволительная роскошь и что мне не следует на них отвлекаться. Вот только меня к нему тянуло. Он обладал манерами и спокойствием человека, которому никогда не приходилось беспризорничать и воровать. Может, именно это мне в нем и нравилось – то, что он напоминал мне о той нормальной цивилизации, в которой я жила прежде. Не то чтобы наша семья была богатой, но в нашей жизни всегда присутствовала упорядоченность. Стабильность.
Однако мне не хотелось считать себя настолько поверхностной. Блейк нравился мне потому, что он был добрым и заботливым, внимательным ко мне и своей прабабушке Баби. Моя мать всегда советовала мне обращать внимание на то, как парень относится к своей матери: по этому ты поймешь, как он будет со временем относиться к тебе самой. Думаю, отношение к прабабушке тоже вполне для этого годилось.
Я искренне жалела, что дедушка Блейка оказался замешан во всю эту историю, но хотя бы в этом моей вины не было. Видимо, Хелена сначала пошла к нему в своем собственном теле, чтобы попросить о помощи несколько месяцев назад, когда исчезла Эмма.
Я прошла к секретеру Хелены, чтобы попытаться найти какие-то указания на то, что ей было известно о появлении сенатора Хэррисона на вручении наград в музыкальном центре. В ее компьютере ничего на этот счет не оказалось, а вот в одном из ящиков я нашла папку. Внутри лежал конверт. Я извлекла оттуда два билета на церемонию вручения наград «Молодежной лиги». 20.00, зал Дороти Чэндлер в музыкальном центре.
Это все подтвердило. Я схватила билеты обеими руками. Если я по-прежнему буду владеть своим телом, проблемы не будет. А вот если я отключусь, Хелена постарается осуществить свой план и убить сенатора.
Дедушку Блейка.
Я разорвала билеты пополам, а потом – еще раз пополам. Пробежав в туалет, я порвала их на мелкие кусочки и бросила в унитаз.
Одним движением я отправила в канализацию Хеленину возможность убить сенатора.
Мне не хотелось сидеть дома, когда через два дня пройдет награждение. Это слишком облегчит Хелене дело в том случае, если она сможет пролезть ко мне в тело. Мне необходимо что-то придумать.
Я подошла к гардеробу и достала из него нарядную сумочку, с которой была в клубе. Внутри оказалась визитка Мэдисон – вернее, Рианнон. Красивой и веселой девицы, которая на самом деле была старомодной веселой старушкой.
Меня обрадовало то, что Рианнон все еще пользовалась телом Мэдисон: благодаря этому на следующее утро я легко ее нашла. Я явилась на место, назначенное нами для встречи: на суперкаток.
Там из-за льда было ужасно холодно. Катались только самые богатые подростки и немногочисленные отважные старички – на всех были самые современные костюмы, созданные для того, чтобы обеспечить максимальные скорость и безопасность. Не то чтобы им нужна была дополнительная защита. Как объяснялось на плакате, в суперконьки почти на уровне льда были встроены крошечные лазеры, которые управлялись кнопками, установленными на перчатках. Они чуть растапливали лед, чтобы катающийся мог развить высокую скорость. Но главная прелесть заключалась в кнопках реактивной тяги, создававших струю воздуха, которая чуть приподнимала вас над землей. Воздушный поток каждый раз появлялся на считаные секунды и приподнимал вас всего сантиметров на пять, но ощущения были сравнимы с полетом.
Чего только не доступно тебе, если ты богат! На те деньги, которые стоил здесь один день, десяток мирников могли сытно питаться всю неделю.
Я отыскала взглядом Мэдисон, кружившуюся в центре катка. Она остановилась – и я помахала ей. Она помахала в ответ и подъехала к краю катка.
– Кэлли, это так здорово! Я такая подвижная! Надень коньки и попробуй.
– В другой раз. Мэдисон, я хочу попросить тебя об одном одолжении.
– Я готова! – Она подалась ко мне. – Нам, арендаторам, нужно друг за дружку держаться. – Она чуть отъехала и рассмеялась. – Чем я могу тебе помочь?
– Ты ведь живешь одна, да?
– Ласточка, кто же захочет со мной жить! – Она снова засмеялась. – Моя домоправительница живет отдельно.
– Можно мне завтра к тебе приехать? И остаться на ночь?
– У меня дома?
Я кивнула.
Она захлопала в ладоши:
– Девичник!
– Вот здорово! Спасибо.
Она ухмыльнулась:
– Значит, мы с тобой подруги, да?
Она протянула мне мизинец.
Я почувствовала себя ужасно глупо, но тоже протянула мизинец. Сцепившись пальцами, мы несколько раз встряхнули руки.
Я сидела в машине в очереди к автомобильному окошку ресторана, чтобы взять еды. Мэдисон – идеальный выбор для того, чтобы не дать моему телу впутаться в неприятности в том не очень вероятном случае, если Хелена вернет себе контроль над моим телом в день награждения. Мэдисон достаточно чокнутая, чтобы не заметить, что с моей арендой что-то не так. Она была мне симпатична, но дружба со стопятидесятилетней старушкой не входила в список моих приоритетов. Мне просто хотелось провести оставшиеся две недели контракта без проблем типа убийства.
