Моллой делала всякие приятные мелочи. Например, продолжала носить подаренную мною цепочку, а во время перекусов всегда клала передо мной последнюю конфету «Роло».
Я не сразу угадал в сегодняшней песне «Lightning Crashes» группы LIVE и лишь спустя, как мне почудилось, вечность осознал, сколько она для нас значит. Я уставился прямо перед собой, чувствуя себя как никогда уязвимым и виноватым.
Боль.
Она сжигала меня изнутри, испепеляла.
Понятно, чего добивалась Моллой этой песней, но меня было уже не вернуть обратно. Однако я по-прежнему позволял ей держать себя за руку. Позволял себе наслаждаться ее прикосновением, светом, способным хоть ненадолго рассеять мрак.
Я знал, что поступаю неправильно и причиняю ей еще бóльшую боль, но отчаянно нуждался в этом крохотном проявлении любви и заботы. Только бы Моллой задержалась еще на мгновение. Оцепенев, я безропотно позволял делать с собой что угодно. Видит бог, Моллой завладела мной целиком.
Она переплела пальцы с моими и сжала. Хотя я не ответил на пожатие, большой палец сам собой гладил ее хрупкие костяшки.
Своим поведением я заставлял ее страдать. Наступит день — и она не выдержит, отречется от меня, но уже ничего не исправить.
Я не мог выбраться из ямы, в которую угодил.
А самое ужасное — почти не хотел.
91
ОН МЕНЯ ПОДСТЕРЕГАЕТ
ИФА
Как ни больно было признавать, но отец моего будущего ребенка — героиновый наркоман. И от этой боли хотелось повеситься.
Годами я верила каждому его слову. Из-за безграничной любви не замечала тревожных звоночков, доносившихся отовсюду. Доверившись ему, я неосознанно сунула голову в петлю, и в какой-то момент она затянулась у меня на шее.
Даже сейчас, когда Джоуи пробрался через окно в мою спальню и, пошатываясь, двинулся к кровати, мне не хватило духу его прогнать.
Потому что я любила.
Любила парня, которым он был.
Мужчину, которым он стал.
Любила во всех его проявлениях.
Трясущийся в ознобе Джоуи опустился рядом со мной на постель, и матрас просел под тяжестью его веса.
— Моллой.
Зажмурившись, я усилием воли заставила себя не сорваться ради прежнего Джоуи, который еще таился под нынешней оболочкой.
— Джо.
— Мне т-так х-холодно.
— Иди сюда, — шепнула я и, по привычке перекатившись на бок, обняла его поперек груди.
— Так, н-на хрен, холодно, — лязгая зубами, пробормотал он и стиснул мою ладонь. — Б-блин, п-пр-рости.
Он искренне раскаивался.
Каждый божий день.
И всячески это демонстрировал.
Вот только потом все начиналось заново.
Он продолжал глушить боль самым ужасным из имеющихся способов.
И постоянно возвращался к Шейну Холланду.
— Ты м-меня еще л-любишь? — спросил Джоуи, дрожа с головы до ног.
Значит, у него жесткий отходняк. А потом начнется чудовищная ломка.
— Если н-нет, я пойму.
— Люблю, Джо, — заверила я; сердце обливалось кровью. — Не получается не любить.
— Не могу уснуть, — пожаловался он, поворачиваясь ко мне. — Королева, ты н-не п-представляешь, как я задолбался.
— Почему?
— Стоит закрыть глаза, и кажется, что он меня подстерегает.
— Кто, Джо? — выдавила я, смахнув с его щеки слезинку. — Кто тебя подстерегает?
— Отец.
— Нет, малыш, никто тебя не подстерегает, — прошептала я и, придвинувшись ближе, прильнула к его губам. Не смогла удержаться, настолько мне хотелось ощутить его близость. — Он больше не причинит тебе зла.
— Он доберется до меня, — ответил он, не отрываясь от моих губ, и я почувствовала, как его слезы смешались с моими. — Доберется до всех нас. Мы погибнем в том доме, Моллой.
— Ничего подобного, Джо. Не говори так.
— Он никогда ее не отпустит. Н-никогда не отвяжется.
— Ты про маму?
Джоуи печально кивнул.
— Он скорее убьет ее, чем позволит уйти. Я его знаю, Ифа, — всхлипнув, добавил он. — Знаю мерзавца вдоль и поперек. Он только ждет удобного случая.
— Джо, ты меня пугаешь. — Его опасения вселяли нешуточный страх. — Ничего плохого не случится, ясно? Это все наркотики. Из-за них ты не в себе.
— Это правда, я чувствую, — вяло возразил он и сильнее прижался ко мне. — Но со мной у него не выгорит. Я умру только так, как сам того пожелаю.
— Ты не умрешь, Джо. — Я крепче стиснула его в объятиях. — Ты обещал не оставлять меня одну со всем этим.
— Никто меня не слышит. Не видит. Не понимает, — шептал Джоуи. — А зря. Это вот-вот произойдет. Нутром чую.
— Джо, перестань! Ты правда меня пугаешь.
— Если со м-мной что-нибудь с-случится, не отчаивайся, — поцеловав меня в шею, забормотал он. — Б-будь сильной, ради нашего сына.
— Ничего с тобой не случится! — выпалила я. С каждой секундой наш разговор угнетал все больше. — И потом, еще неизвестно, будет ли у нас мальчик.
— Будет. — Джоуи погладил мой выпуклый живот. — Ты носишь моего сына.
— Если ты угадал насчет пола ребенка, я сдам тебя в цирк, — пошутила я и в отчаянной попытке разрядить атмосферу опрокинула Джоуи на спину, а сама уселась верхом. — С такой интуицией мы заработаем миллионы на предсказаниях.
— Я очень хочу ребенка, Моллой, — невнятно произнес он и, обхватив мои бедра, поднял на меня затуманенный взгляд. — Да, у меня беда с башкой, но это правда, клянусь. Я безумно хочу, чтобы у нас родился ребенок.
