В туманедрожит пятно румяное… Иначебыть не могло… О чем же я при жизнитревожился? Пятно теперь яснее.Ах! Это ведь пылающий провалкамина… Да, – и отблески летают.А там в углу – в громадном смутном кресле, –кто там сидит, чуть тронутый мерцаньем?Тяжелый очерк выпуклого лба;торчащая щетина брови; узелзмеиных жил на каменном виске…Да полно! Узнаю! Ведь это…
Человек в кресле
…Эхотвоих предсмертных мыслей…
Эдмонд
Гонвил, Гонвил, –но как же так? Как можешь ты быть здесь, –со мною, в смерти? Как же так?..
Гонвил
Мой образпродлен твоею памятью за граньземного. Вот и все.
Эдмонд
Но как же, Гонвил:вот комната… Все знаю в ней… Вон – черепна фолианте, вон – змея в спирту,вон – скарабеи в ящике стеклянном,вон – брызги звезд в окне, – а за окном, –чу! слышишь, – бьют над городом зубчатымдалекие и близкие куранты;скликаются, – и падает на днозеркальное червонец за червонцем…Знакомый звон… И сам я прежний, прежний, –порою только странные туманыпроходят пред глазами… Но я вижусвои худые руки, плащ и сборкина нем, – и даже вот – дыру: в калиткуя проходил, – плащом задел цветокчугунный на стебле решетки… Странно, –все то же, то же…
Гонвил
Мнимое стремленье,Эдмонд… Колеблющийся отзвук…
Эдмонд
Так!Я начинаю понимать… Постой же,постой, я сам…
Гонвил
…Жизнь – это всадник. Мчится.Привык он к быстроте свистящей. Вдругдорога обрывается. Он с краяпроскакивает в пустоту. Ты слушай,внимательно ты слушай! Он – в пространстве,над пропастью, – но нет еще паденья,нет пропасти! Еще стремленье длится,несет его, обманывает; ногиеще в тугие давят стремена,глаза перед собою видят небознакомое, – хоть он один в пространстве,хоть срезан путь… Вот этот миг, – пойми,вот этот миг. Он следует за граньюконечною земного бытия:скакала жизнь, в лицо хлестала грива,дул ветер в душу – но дорога в безднуоборвалась, – и чем богаче жизнь,чем конь сильней…
Эдмонд
…тем явственней, тем дольшесвист в пустоте, свист и размах стремленья,не прерванного роковым обрывом, –да, понял я… Но – пропасть, как же пропасть?
