— Красный камень, — пробормотала она себе под нос, глядя на раскидистый дуб, который упоминала МакГонагалл. — Иди сюда, Глотик, — она поманила любимца, который убежал на несколько метров вперед, но быстро вернулся назад. — Жди здесь, я скоро вернусь.
Довольная тем, что ее магический фамильяр все понял, она дернула Драко за руку, и они снова побежали. Кровь засочилась между их ладоней, когда они ногтями оцарапали кожу друг друга. Очередной раскат грома и последовавшая за ним молния взорвалась над головами; Гермиона убрала с лица мокрые волосы и потерла глаза. Кости горели от напряженного бега, легкие жгло, но она не могла остановиться.
Бежать...
Увести его...
Отправить в безопасное место...
— Грейнджер, остановись! — прокричал Драко, резко тормозя и вырывая руку из ее захвата. — Блять, да остановись же ты!
Гермиона обернулась и попыталась снова ухватить его, но безуспешно.
— Драко, мы должны...
— Хватит! — выплюнул он. — Какого черта мы здесь делаем?
Ее лицо исказилось от боли, когда она пыталась найти подходящие слова. Годрик... ее сердце обливалось кровью. Она смотрела на Малфоя: волосы, растрепанные ветром, бледное лицо — он выглядел таким человечным, таким совершенным, что ее захлестнули эмоции.
— Мы... Здесь мы должны попрощаться, — пробормотала она дрожащими губами, наблюдая, как он с сомнением хмурит брови. — Наше время вышло.
Малфой качнул головой и упрямым тоном произнес:
— Что ты такое...
Пронзительная продолжительная вспышка прервала его слова, освещая весь лес и содрогая землю. Он неосознанно потянулся к Гермионе, близко притягивая ее к себе. Где-то вдалеке он слышал свист от рассекающих воздух метел и наполненные паникой крики, доносящиеся из Хогвартса. Казалось, даже деревья стонут и вздрагивают, поэтому Драко внимательно осмотрелся вокруг, по-прежнему крепко сжимая Гермиону в объятиях.
— Что за чертовщина? — прорычал он, когда стихло жуткое эхо.
— Рушатся Защитные чары, — изумленно произнесла она, бросая взгляд на замок. — Они здесь. Драко, тебе пора уходить…
— Нет, — выплюнул Малфой, выпуская ее из своих рук. — Нет! Нам нужно больше времени!
— Его больше нет, — всхлипнула она, судорожно вздыхая, — Ты должен уйти или они найдут тебя...
— Я еще не готов! — перебил он, поднимая руки, чтобы смахнуть мокрые пряди с ее лица. Их смешанная кровь размазывается по ее щекам, и Драко рассеянно вспоминает тот день в ванной, когда она, порезав ладони, связала их судьбы. Тогда кровь была иной. Теперь же она не имеет значения. — Пойдем со мной, — небрежно выдохнул он, — Пойдем, мы сможем спрятаться...
— Я не могу! — прокричала она, сбрасывая его руки. — Мы говорили об этом, Драко! Мы согласились...
— А я изменил свое гребаное мнение! — резко возразил он. — Чего ты от меня хочешь, Грейнджер? Чтобы я упал на колени и умолял?
— Нет! — взвыла она. — Я хочу, чтобы ты был в безопасности! И больше ничего!
— Я тоже хочу, чтобы ты была в безопасности! — прокричал он в ответ. — Не сражайся в этой войне, Гермиона! Не...
— Ты же знаешь, что я должна...
— Херня!
— Драко, прошу, — всхлипнула она, засунула руку в карман, нащупывая палочку, — тебе нужно…
— Мне нужна ты, Гермиона! — признался он. Пошел на хрен, Салазар. — Ты это хотела услышать? Этого ждала?
— Я не хочу с тобой так прощаться, — прошептала она скорее самой себе, отводя палочку, зажатую в дрожащей руке. — Я не хотела, чтобы было так сложно…
— Какого черта ты творишь? — спросил он, настороженно оглядывая ее. — Опусти палочку, Грейнджер!
— Прости, — выдыхает она, крепче сжимая кулак. — Прости меня, Драко, но мне нужно, чтобы ты был в безопасности.
— Даже не смей, Гермиона…
— Петрификус Тоталус! — выкрикивает Грейнджер, и Драко замирает на месте. Он напоминает ей одного из оловянных солдатиков: стойких и гордых, но с абсолютно безжизненными глазами. Она знает, что его образ будет преследовать ее.
Гермиона сильно зажмурилась, когда жгучие слезы затуманили ее взгляд, и стерла со щеки кровавое пятно, которым он ее заклеймил. Позабыв о намерении притвориться безразличной, она присела возле Малфоя, опустила голову ему на плечо и горько зарыдала.
Не так она планировала с ним попрощаться.
Ветер бушевал, дождь бил холодными струями, пуская яростную дрожь, изводящую каждый сантиметр ее тела. Находясь под чарами, Драко был неподвижен и хранил молчание; сейчас она готова была пожертвовать практически чем угодно, лишь бы вновь ощутить тепло его рук. Ситуация была совершенно неромантичной и наполненной горечью, но она запечатлела эти драгоценные секунды в памяти и поежилась, когда со стороны Хогвартса послышались зловещие звуки, прервавшие ее нежные прикосновения. Она была вынуждена осознать, что их время остановилось.
— Прости, — прошептала она еще раз, отстраняясь от Драко и очерчивая дрожащими пальцами линию его губ. — Это единственный возможный вариант.
Гермиона физически ощущала, как разбивалось ее сердце, когда в последний раз изучала его застывшее лицо и мысленно умоляла сознание сохранить мельчайшие детали, которыми любовалась каждое утро после пробуждения последние несколько недель, и которые стали...
