Их еврейское самосознание становилось национальным, сродни самосознанию поляков, литовцев или украинцев, чей национальный подъем служил многим евреям примером для подражания. Таким образом, в их понимании еврейство становилось объективным признаком, а не субъективным, личным решением придерживаться законов и обычаев иудаизма. Концептуально это понимание соответствовало возникшему в конце позапрошлого века расовому антисемитизму, для которого еврей оставался евреем вне зависимости от его религиозной принадлежности. Это переосмысление понятия «еврей» имело, как известно, далеко идущие последствия, такие как уничтожение евреев по расовому признаку, определенному так называемыми нюрнбергскими законами (кстати, ставшими основой действующего в Израиле закона о возвращении), который позволяет многим людям, имеющим весьма далекое отношение к евреям и иудаизму стать полноправными гражданами сионистского государства.
В сборнике приводятся работы многих идеологов сионизма, которые открыто призывали «освободить еврея от пут иудаизма и поднять его до уровня цельного, сильного и свободного, пусть и эгоистического, сверхчеловека» (с. 166). История евреев в диаспоре для них – это период упадка творческой жизни, в результате которого «иудаизм заслонил евреев» (с. 168). Образ пейсатого, бородатого иудея глубоко отвратителен этим идеологам: это образ «несчастного прошлого», которое необходимо осудить и уничтожить. Миха Бердичевский (1865–1921) откровенно признает: «Мы – последние евреи – или первые ростки новой нации» (с. 169). Сионистские плакаты столь же откровенно изображают «нового человека» вполне арийского вида, в котором не найти и намека на его еврейское происхождение. Некоторые находят в презрении многих израильтян к придерживающимся традиций евреям знакомые черты европейского антисемитизма.
Этот порыв к коллективной ассимиляции вызвал резкое осуждение мыслителей традиционного толка, которые полагают, что иудаизм и сионизм несовместимы. Так, упомянутый уже любавичский раввин Шнеерсон пишет в начале прошлого века, что сионизм представляет собой более серьезную угрозу иудаизму, чем христианство, ибо он позволяет без угрызений совести и осуждения близких оторвать евреев от иудаизма, к чему всегда стремились христианские миссионеры. Такое отношение к сионизму разделялось и многими еврейскими интеллектуалами, такими как М. О. Гершензон, который считал, что «сионизм есть отречение от идеи избранничества и в этом смысле измена историческому еврейству». Впрочем, как уже замечено, такого рода осуждения сионизма не нашли себе места в изданном в Израиле сборнике.
Однако метаморфозам еврейского самосознания посвящено в сборнике немало интересных документов. Так, литературовед и просветитель Аркадий Горенфельд (1867–1941) восклицает: «Мне смешны те, которые, говоря и думая по-русски, выросши на русской литературе, воспитанные в русской школе и просто затопленные потоком русской традиции, кричат: мы евреи» (с. 38–39). С другой стороны, немало в сборнике свидетельств о крещении евреев, чаще всего для обхода наложенных тогда на евреев официальных ограничений. В отличие от нацистской Германии, Российская империя позволяла евреям, перейдя в любую христианскую конфессию, перестать быть евреями. Однако отличие российской действительности в том, что в ее лоне кристаллизуется понятие об отдельных, так называемых еврейских политических интересах, причем речь тут идет не об улучшении условий соблюдения иудаизма (соблюдение субботы, доступность кошерной пищи и т. д.), а именно о национальных интересах. Осуждая участие евреев в политических партиях России и Польши, Дубнов считает, что «полную свободу, гражданскую и национальную, могут завоевать для евреев только те, которые будут открыто вести не хозяйскую, не панскую политику, а свою национальную, еврейскую» (с. 121).
Выделение собственно еврейских национальных интересов представляет еще одно новшество, внесенное российскими евреями в историю, в ходе которой евреи других стран всегда участвовали в политической жизни не как евреи, а как обыкновенные граждане. Неудивительно, что опасность еврейских политических интересов «раскрыли» связанные с российской полицией авторы антисемитской фальшивки «Протоколы сионских мудрецов». Это произведение продолжает пользоваться популярностью, хотя равнение большинства еврейских организаций диаспоры на Израиль и его политические интересы никем не скрывается и никого не удивляет.
