Банула пожал плечами, подумав:
— Не знаю.
— Я напомню! — обращаясь ко всем, воскликнул Ярослав. — Даже победная война с войо может обернуться для нас трагедией и гибелью. Потеря части боеспособных воинов вызовет в соседях желание использовать наше тяжелое положение. Можно вспомнить посла Велласа и его попытку захватить нас врасплох. А ведь долина Бурути совсем недалеко. Как, думаете, поступят они, узнав о наших потерях. Но есть и другие соседи, и даже ночные демоны не так глупы, как мы полагаем. В горах живет много племен, которые могут завидовать нашей удаче. Им ничего не стоит перейти перевалы…
Затем через длинную паузу продолжал, чтобы до всех дошло.
— Что?! В таких ужасающих условиях вы еще хотите воевать?! По мне так лучше засесть за стены и ждать! — эмоционально повторял он, для большей убедительности яростно жестикулируя.
Однако речь не находила достойного ответа в сердцах людей. Из рядов выступил один уже немолодой нидамец, уверенный в своей правоте:
— Все это мы знаем, Дхоу, но лучше быть убитыми в бою, чем выглядеть трусами!
Его поддержало окружение громкими возгласами и шумными гомоном.
— Все считают так?! — резко задал вопрос Ярослав, обращаясь к народу.
Большая часть присутствующих отвечала согласием, в том числе и земляне.
-…Тогда я умываю руки! — воскликнул Ярослав. - Пеняйте на себя! Значит, что?! Война?!
— Война! Война! — дружно заголосила толпа. Ярослав не мог сопротивляться желанию народа. Ему теперь оставалось только осуществить его с минимальными потерями. Он грустно покачал головой:
— В таком случае, все вон отсюда, остаются только командиры! Раз вы хотите войны, будет вам война!
Толпа медленно покинула мегарон, возбужденно галдя и в душе радуясь, что сумела уломать вождя.
Верхушка колонии собралась далеко не сразу, пришлось посылать за Жиганом, да и капитан Петрович был занят. Тимофеич, как всегда, пропадал на своей мельнице, оборудуя кузницу, поэтому все собрались только спустя час–полтора. На этот раз присутствовали исключительно земляне, из аборигенов был только Уир, да и то по необходимости, потому как планы Ярослава были связаны, в первую очередь, с разведкой. И в первую очередь он обратился именно к Жигану, отвечавшему за эту сферу:
— Сможем ли мы, Сергей, провести воинов через джунгли незаметно для войо. Та тропа, что проложили вуоксы, еще действует? Или на нее уже нельзя положиться?
Ответ последовал после некоторого размышления.
— Дикари постоянно за нами следят, — задумчиво произнес Жиган, — стопроцентной уверенности, что тропа не под контролем, быть не может.
Он взглянул на вуокса.
Уир, ясно понимая, что от него требуется, подал голос.
— Великий вождь, — начал он вполне убедительно, — старой тропой ходили много! Войо знают о ней! Нужна другая! Можно идти вдоль стены к морю, мы никогда не ходили этой тропой. Войо смотрят из леса. Стена скроет много людей. Войо не увидят!
— Сколько нужно времени, чтобы проложить новую тропу?
— Одна ночь.
— В таком случае готовим операцию через двое суток. Тебе, Жиган, следует расставить посты и караулы по пути следования, прочесать местность на предмет шпионов и обеспечить охранение. К сожалению, на это потребуется много людей, все посты с побережья придется снять, после выставим вновь. Станислав, на тебя ляжет организация защиты крепости, когда воины покинут ее…
Тимофеич встрепенулся, как будто услышал нечто неприятное, но Ярослав опередил его возмущение:
— ...и не возражай, арбалетчики пойдут со мной, а ты будешь нужен людям. Если нас постигнет неудача, и я погибну, тогда встанешь во главе колонии. Поэтому тебе и оставаться в крепости с женщинами и детьми, между прочим, это очень ответственный пост и самое уязвимое место.
Ты должен так организовать быт крепости, что со стороны должно быть незаметно, что воины ушли. Необходимо переодеть многих женщин в мужские платья и поставить на стены. Точно так же надо организовать видимость наших обычных работ на стенах, в городе, на стапеле. На это потребуется много сил и изобретательности. В некоторых местах можно выставить чучело, а детей научить изображать деятельность взрослых, особенно в таких местах, как крепость, где большое расстояние не позволяет точно определить, кто перед ним - взрослый человек или ребенок. В общем, здесь большое поле деятельности для импровизации, и срок для подготовки - сутки!
Возьми в помощники себе наших женщин, все равно ни одна из них не пойдет в поход.
Шестопер, Петрович и ты, Володя, — готовьте людей, но тихо, чтобы завтра со стороны было ничего не заметно. Возьмем по тридцать человек от каждой группы, самых лучших, остальные останутся в крепости в распоряжении Станислава, выступаем следующей ночью!
— Ты не думаешь, Ярослав, что сто двадцать человек недостаточно для такой большой войны. Может лучше взять с собой всех способных носить оружие, — возразил Володя–Лучник.
