— Мы думаем, что так, — совершенно серьёзно кивнул Лейф. — У него нет ни малейшей причины считать, что он сможет захватить город, казну и остаться без наказания дивината. Зачем он это делает, мы не знаем. Однако то, что без малого шесть сотен воинов двигаются с севера в сторону Форгунда, игнорировать нельзя.
— Как вы узнали об этом?
— Меня называют ветровидцем не просто так, — сухо ответил рефрамант с посохом. — Я видел армию ренеда.
— Тогда мы возвращаемся в порт, — сказал Венбер. — Сядем на корабль и доберёмся до переправы на Англерс.
— Это я и хотел вам предложить, — бодро произнёс Лейф. — Однако я не могу разорваться между городом и вами. Мне нужно командовать своими людьми и сопровождать вас. Могу ли я просить вас сесть на корабль и ожидать на нём, пока мы не разобьём войско Зульдена? Если возникнет малейшая опасность для вашей, дивайн, жизни, вы, конечно, сможете тут же отчалить от берега.
Первый порывом Цеппеуша было возразить генералу и сказать, что он не станет прятаться. Но потом перед глазами всплыло лицо матери, уставшее и постаревшее. Это остудило его пыл, хоть и ненамного. Он не превратит страдания матери и сестры в ничто.
— Мы согласны, Абель, — сказал он. Мужчина ответил одобрительной улыбкой.
— Спасибо, дивайн.
«Нет, в нём определённо что-то есть», — подумал Цеппеуш.
Ренед Зульден сидел на своём коне, которого покрывала кожаная броня с нашитыми металлическими бляхами. Бадакайский жеребец, увитый мускулами, с прямой спиной и крепкими ногами, был выносливым и сильным, подстать хозяину.
Но в этот раз всадник казался поникшим. Зульден снял металлическую перчатку с правой руки и утёр лицо, на котором обильно проступил пот. После вчерашнего визита незнакомца в голове постоянно шумело. Голос, чёртов голос, как же это плохо. Каждые пять минут мужчина порывался развернуть свою армию, дать отмашку двум другим ренедам, согласившимся помочь ему с захватом города в обмен на неплохие барыши и щедрые посулы незнакомца.
— Зульден, — к нему подступил Анхетар. — Я закончил с землетрясением. Думаю, те разведчики погибли.
Анхетар был рефрамантом-наёмником, и всегда разговаривал с ним, будто хозяин с недалёким слугой. О, Зульден ненавидел рефрамантов. Тараканы с ядом, порча на земле, где должны жить лишь два сословия — простолюдины и властители. Всегда неприятно, когда к тебе приходит какой-то хлыщ и размахивает своей палкой, давая всяческие советы. Втайне Зульден желал, чтобы и Анхетар, и Бардеско сгинули в пучине битвы с Горнилодонами. И всё же приходилось соглашаться с тем, что два мага были крайней полезны.
— Анхетар, существует такое колдовство, которое позволяет разговаривать в чужой голове?
Рефрамант приподнял бровь и внимательно посмотрел на блестящее от пота лицо ренеда.
— Рефрамантия сознания? Нет, это полная чушь. Если бы она существовала, теургиатом бы уже правил тот, кто ей овладел, дёргая за ниточки нужных ему людей.
— Понятно, — от этого ответа Зульден испугался ещё больше. Потому что с ним, кажется, всё именно так и происходило.
Голос в голове. Щедрые посулы.
«Ты не пожалеешь, ренед. Я знаю, ты хочешь вернуть отцовскую землю. Пророк поступил с тобой не по справедливости. Что? Ты боишься его кары за развязывание войны? Не надо. Скоро случится событие, которое заставит дивинат забыть о твоём поступке. На ваши дела никто не обратит внимания. Возвращай отцовское наследие смело. В городе сейчас стоит рота Горнилодонов, так что призови своих друзей, посули им богатства и скажи, что им незачем бояться возмездия».
Зульден едва нашёл в себе силы спросить, почему невидимый собеседник прячется, и тот сослался на какие-то недоработки со Словом, сложность установления связи и энергозатратность.
«Дурь какая-то. Но так соблазнительно вновь взять к рукам Форгунд и Лиару. Отец всегда хотел этого. Так почему бы не попробовать? Почему я должен мириться с несправедливостью?»
Зульден ехал в окружении пятисот пехотинцев — то, что удалось собрать ему и двум его союзникам. Командование над войсками принял он, а товарищи разделят с ним трофеи и получат поддержку во время их собственных походов.
Надев обратно перчатку, ренед скомандовал кавалерии опередить основное войско и разведать местность впереди. Сотня всадников устремились вперёд, поднимая над горизонтом светлую пыль. Они верили своему хозяину.
Анхетар не сводил с ренеда тревожного взгляда.
Абель Лейф и сержант Лиск стояли на крыше борделя Авалии. Трёхэтажное здание отличалось крепостью кладки и фундамента, сравнимых лишь с оными у особняка дивайна Сенеха, расположенного в центре Форгунда. Генерал счёл лучшим расположить временный штаб здесь, а не в расположении казарм полка — те могли стать приоритетной мишенью рефрамантов Зульдена, если тому взбредёт в голову нанести удар магией.
Внутри здания стояла тишина. Работниц собрали в одном из помещений обширного подвала. Между ним и ещё несколькими ключевыми точками города, в том числе казармами и портом, пролегали узкие тоннели, сочащиеся влагой и наполненные затхлым воздухом, но всё ещё пригодные для быстрого перемещения и укрытия.
