— Просто ещё не лето, — торопливо сказал Гирем. — Пойдём домой.
Они начали молча собираться. Содзин аккуратно сложила лист с собственным портретом и спрятала за пояс. Гирем спрятал принадлежности и помог девочке подняться с травы.
Бок о бок они зашагали к дороге, ведущей в замок. Мальчик меланхолично обдумывал слова спутницы.
«Покупают». Он покачал головой и по-новому посмотрел на Создин.
— Послушай. Если ты хочешь стать самостоятельной, и избавиться от мысли о том, что подарками тебя пытаются купить, то тебе нужно научиться читать. Таким людям легче найти хорошую работу.
Девочка задумчиво посмотрела на него.
— Ты прав.
— Тогда решено, — Гирем сжал кулаки. — Каждый вечер мы будем читать. Я тебя научу. Ты согласна стать моей ученицей?
Создин улыбнулась.
— Согласна.
Гирем кивнул и вдруг, словно почувствовав чужое присутствие, обернулся. В сотне метров от них, по дороге, ведущей в Герран, брёл одинокий мальчик. Гирем прищурился, а у Создин вырвалось:
— Это Джензен.
— Пойду посмотрю, всё ли с ним в порядке.
— Я с тобой.
— Иди лучше в замок. Вечером увидимся.
— Нет, — твёрдо сказала девочка, и он тут же понял, что спорить с ней бесполезно.
По приближении к Джензену волнение Гирема нарастало. Лицо брата было опухшим от слёз. Нет, он уже не плакал, но по его глазам Гирем видел, что он едва держится.
— Брат, что случилось?!
Джензен посмотрел на него.
— Привет, Гири. Ничего не случилось. Мы немного поссорились.
— Куда тебя занесло?
— А что, по-твоему, виноват всегда я? — огрызнулся мальчик.
— Нет, но обычно ты лезешь, куда не надо.
Он почувствовал, как ногти Создин впиваются ему в ладонь. Выйдя вперёд, девочка обняла Джензена за плечо. Тот поднял на неё настороженный взгляд.
— Это кто-то из деревенских ребят?
— Откуда ты знаешь?
— Я всю жизнь провела среди них. Они могут быть жестоки. Что случилось?
Джензен немного успокоился.
— Мы играли в догонялки, когда в колодец рядом упала кошка Керса. Я решил достать её с помощью рефрамантии. А когда я это сделал, Керс, вместо того, что бы сказать спасибо, назвал меня уродом.
— Он просто дурак, Джензен, — мягко произнесла Создин. — Такие скажут и забудут, а ты будешь себя мучать. Не нужно.
— Он это делает не в первый раз, — сказал Гирем, сжимая и разжимая кулаки. — Всё началось тогда, когда нам подарили рефракторы. Там ведь не только он был?
— Да, брат. Там была вся его шайка. Но я вернул кошку Керсу, собрался уходить, и тут кто-то бросил в меня камень. Я начал драться. А они только убегали от меня и кричали «урод, урод, урод».
— Понятно, — Гирем вздохнул. — Я поговорю с Керсом.
Создин ухватила его за руку.
— Ты что? Их же больше! И какой в этом смысл? Они не прекратят издевательств.
— Не волнуйся, я не собираюсь затевать драку, — мальчик криво усмехнулся.
— Я с тобой, — сказал Джензен.
— Я тоже, — ещё больше нахмурилась Создин.
— Нет! — испугался Гирем. — Тебе там точно нечего делать. Не хватало ещё, чтобы все начали говорить о тебе, как о Джензене. Мы всё-таки Ректы, а ты… — он осёкся, прокляв себя за то, что сказал лишнее. Но Создин, к его облегчению, понимающе кивнула.
— Ладно. Удачи тебе. Джензен, пойдём?
— Нет, я с братом, — покачал головой тот. — Никогда не стану прятаться за него. Да и потом, вдруг ему понадобиться помощь.
— Если бы я мог читать мысли, тогда бы знал, чем всё обернётся, — промолвил Джензен, когда Создин оказалась на почтительном расстоянии от них.
— А если бы знал, то не стал бы спасать кошку?
Младший брат задумался.
— Стал бы. Но потом забрал бы её с собой. Ублюдок, вроде Керса, не заслуживает такой кошки.
Они добрались до Геррана. Деревенские мальчишки всё ещё играли у пшеничного поля. Некоторые из них, завидев гостей, начали останавливаться и улюлюкать.
— Гады, — прошипел Джензен. — А ведь раньше они относились к нам, как к своим.
— Мы были детьми, вот и всё.
— Они до сих пор дети.
— Просто скажи мне, как увидишь Керса.
— Вон он, — брат указал на самого рослого парня, который был старше остальных на два года. — Рыжий ублюдок.
— Постой здесь, ладно?
— Вместе пойдём.
— Я здесь старший брат, Джензен. Останься, — сказал Гирем и добавил мягче. — Пожалуйста.
Джензен посмотрел на него и, вздохнув, кивнул. Гирем, чувствуя, как колотится сердце, пошёл к ребятам. Ростом Керс был на голову выше, и гораздо шире в плечах. Однако увидев Гирема, он остановился как вкопанный, и окинул его опасливым взглядом.
— Чего тебе, Рект?
Гирем специально держал руки на виду, показывая, какой он спокойный. На деле же он едва сдерживался, чтобы не задрожать.
— Видишь моего брата?
— Ну, и что?
— Он спас твою кошку. А ты вместо благодарности начал называть его уродом.
— Ну да, — Керс неловко переступил с ноги на ногу. — Он же рефрамант.
— Значит, ты считаешь уродами всю мою семью?
— Я этого не говорил.
— Ты это подразумевал, идиот.
— И что теперь? Побежишь к папочке или к дяде? Или к мамаше? А, я забыл — она же умерла. И первая, и вторая….
Гирем оцепенел от ярости. Он не догадывался, что столь многим известна его история.
