— Ну так. Они словно из-под земли выскочили, сэр рыцарь. То ни слуху, ни духу, то хренак! Сотня за сотней, гуляют как у себя дома, — пожала девушка плечами. — Благо, сразу они нас не заметили. Я доползла до оврага, стали прикидывать, что делать дальше. Сначала хотели схорониться и по тьме выбираться, но этих уродцев тьма-тьмущая набралась. Нашли бы нас, как пить дать. Так что… — Киса снова тяжело вздохнула и продолжила:
— Озим вызвался их отвлечь, а мы по коням — и до крепости ходу. И всё бы хорошо, да под Зобом и Бешкой лошадей убили. Так что пришлось ехать по двое, чередуясь. Да вот…
— Лошадей загнали и от свежевателей не ушли, — хмуро покачал головой комендант.
— А что, мне ребят бросить надо было? — девушка ощерилась, словно кошка, на глазах которой обижают котят.
— По уму — да. Вы узнали важную информацию, так что обязаны были её нам доставить и сохранить остальных людей. А так чуть все не угробились… — с каменным лицом ответил Филиш Брасс, — звание десятника я с вас снимаю.
— Лучше бы ты трусы с кого-нибудь почаще снимал, осел недотраханный. — зло прошипела себе Киса под нос, но сдержалась.
— Вот именно поэтому бабам и нельзя доверять командование, — презрительно буркнул спешившийся неподалёку Люгер.
— Вы несправедливы, сэр Трей. Не оскорбляйте при мне эту даму. Она решила, что сможет вывести всех своих людей, и добилась отличного результата, — холодно обрезал его Айр, прикрыв Кису плечом, отчего та вновь удивлённо ойкнула.
— Ого, а у волчонка-то прорезались зубы, Филиш, после того как он нам с тобой навалял, — расхохотался Люгер и примирительно развёл руками. — Это было не оскорбление. Просто у каждого своё место, а война — это не то, чем пристало заниматься женщинам.
— Тем не менее большая часть отряда уцелела, а свежеватели впервые сильно умылись кровью. Это победа. В том числе и её, — упрямо набычившись, настоял бывший гвардеец.
— По этому поводу у меня также есть что заметить, — нахмурился Филиш и повернулся к Ланнарду, что водил свою лошадку по кругу и гладил по умному, вытянутому лицу, ну прям как у сэра коменданта. — Что вы устроили опять, господин барон? Эта сумасбродная вылазка…
— Ой, да прекратите. Никаких сумасбродств. Это была тактическая уловка! Вот вы купились — и свежеватели тоже. Наверняка посчитали, что я опять в одиночку отправлюсь сражаться. На том и погорели — в этот раз нас было двое! Так что, пользуясь подавляющей мощью, мы защитили сыгравший роль приманки отряд, пока вы собирали доступные силы. А затем мы им все вместе вломили — сотни две или три посекли, верно, комендант? Так что Айр прав — это победа. А победителей не судят. Особенно если они выше статусом, — с лёгкой весёлой улыбкой ответил Ланнард. Однако в его голосе было что-то такое, отчего желание читать нотации у Филишера резко пропало.
— Вы дали слово подчиняться приказам, — сделал последнюю попытку урезонить юного сумасброда сэр Брасс.
— В первую очередь я клялся защитить крепость. Не вам и даже не лорду Хардебальду, а своему погибшему отцу. Ваши приказы я не нарушал. Просто проявил необходимую инициативу, — улыбка на лице Грейсера растаяла окончательно.
Киса толкнула Айра в плечо и, приподнявшись на цыпочки, прошептала:
— Познакомишь меня со своим другом?
— Я не думаю, что господину барону есть дело до женщин в целом и твоей благодарности в частности. Он помешанный на сражениях и своей младшей сестре маньяк, — честно признался Айр, а затем подумал, что это не очень лестная характеристика, которую к тому же могут превратно понять, так что решил уточнить: — В хорошем плане!
— Ахахаха! Ну разумеется — в хорошем, раз быть может иначе? — расхохоталась Киса, чем привлекла внимание раздражённых командиров, что продолжали напряжённо обсуждать дальнейшие действия. Девушка опять ойкнула, спряталась за широкую спину от пылающих взглядов и ехидно поинтересовалась:
— Служивый, ты что ли ревнуешь? Кстати, а как тебя звать?
— Моё имя — Айр. Просто Айр, и ноги у меня две, как и у всех. А ревность тут ни при чём. Просто ты и барон — это как пиво и водка. Даже по отдельности с ног сшибаете, а если объединить — то я боюсь за сохранность остатков моего благоразумия.
— Благо-разууу-ми-я? Чего-чего? Это ты говоришь, после того как выскочив из седла, прокатился по свежевателям жутким колобком смерти, а потом, аки берсерк, вращая глазами, ринулся сносить головы налево и направо? — опять захихикала Киса. — Тебе бояться нечего, это точно. И, кстати, спасибо, я очень вам благодарна.
Несмотря на кровищу, покрывающую доспехи обоих, девушка крепко обняла парня за пояс.
— Из седла я не выскочил, а вылетел. Случайно. А глазами вращал, потому что перепугался до чертиков. И вообще, весь этот дурдом — задумка Ланнарда, — стыдливо принялся оправдываться бывший гвардеец под скептические женские восклицания.
