— Мои выводы о тебе будут зависеть от того, на каком вопросе это произойдёт.
— Что ж, — усмехнулся убийца. — Можешь попробовать.
— После убийства из мести ты стал убивать ради шанса вернуть себе магию. Мой первый вопрос — скольких ты убил на этой дороге?
Летар чуть скривился. Этот вопрос он привык слышать при встрече с другими наёмниками, желающими померяться никчёмными заслугами. С чего бы подобным заинтересовался Нирэйн?
— Десятки заказов, — Летар провёл ногтем по столу и подвёл под воображаемой линией ещё одну черту. — Плюс всех, кто мешал их выполнению.
— Сотня людей наберётся? — в тоне Нирэйна вдруг промелькнули жёсткие нотки, свойственные его старшей сестре.
Летар хмуро глянул на собеседника.
— Возможно.
— Женщины, дети?
— Женщины… Если бы я встретил Нэйприс раньше, возможно, придержал бы кинжал пару раз, — размыто ответил Летар, чувствуя, как от этого разговора постепенно сводит плечи. — Детей мне никто не заказывал.
Нирэйн склонил голову набок.
— Да ну? И никакой аристократ о двух влиятельных родителях не хотел закрепить за собой оба наследства? Смерть младшего брата или сестры — такая мелочь по сравнению с целым владением. С этой ценой настолько не считаются, что за последнюю декаду при загадочных обстоятельствах погибла как минимум дюжина высокородных детей… Сдаётся мне, что ты лжёшь. Вопрос только в том, лжёшь, что не убивал, или лжёшь, что не предлагали убивать?
— А как насчёт пойти в трещину, Нирэйн? — елейным тоном предложил Летар.
— Тогда спрошу иначе. Может ли ребёнок понять цену своей жизни и связанные риски? Не покажется ли ему его смерть случайностью? Будет ли справедливо его убить?
Летар выпрямился как по щелчку и бросил на Нирэйна настороженный взгляд. Аристократ только плечами пожал:
— Я говорил о тебе с Нэйприс. Она поведала тонкости твоей философии. Справедливый убийца, подумать только.
— Откуда этот интерес? — раздражение Летара излишне громко разлетелось по всему миниатюрному дворику.
— Мне необходимо понять, что ты за человек.
— Необходимо понять? С чего тебе это стало необходимо спустя месяц от знакомства? И почему ты не составил мнение за этот же месяц?
Нирэйн покачал головой, изучая реакцию убийцы.
— Составил. Но неточное. Ты увёртливый сукин сын, и я хочу пришпилить тебя к стене, чтобы никуда не делся. Ну так что, дети осознают риск?
— Должны, — нехотя ответил Летар, ощетинившись как загнанный волк. — Но не умеют. Тебе настолько принципиально, убивал ли я женщин и детей?
— Проверяю, есть ли у тебя некие ограничители. Черта, за которую ты не переступишь.
— Зачем?
Нирэйн поднялся с места и сменил тему:
— Есть ли один поступок, стыд за который жжёт тебя особенно сильно? — спросил он, огибая стол и заходя Летару за спину. — Сам поступок называть необязательно.
— Нет, — ответ прозвучал резко, как удар топора.
— А если округлить десять лет до одного поступка? — ладонь Нирэйна вальяжно легла на напряжённое плечо Летара.
— Ты знаешь ответ, — сквозь зубы ответил Летар.
— Я знаю лишь то, что, догадавшись о способностях нашего врага, ты стал только мрачнее…
— Вот уж действительно.
— … хотя должен был бы обрадоваться, ведь ответственность за твои дерьмовые поступки перелегла на чужие руки.
— Обрадоваться? — шокировано переспросил убийца. До этого момента разговор несколько напрягал его, но сейчас ему словно влепили пощёчину. — Только ребёнок или безумец может обрадоваться такому и пожелать уйти в лучах славы, раз уж гибель все равно неизбежна. А для меня злой рок не станет оправданием. Я знаю, что маги-провидцы видят будущее как десятки расходящихся нитей вероятности.
— Дерас Каас создал для тебя ту, где ты стал наёмным убийцей.
Взбешённый Летар не поворачивался, игнорируя хватку Нирэйна на плече, хоть и очень хотелось хорошенько приложить дворянина.
— Не создал, — Летар стиснул кулаки. — Выбрал. Вариант, который и так имел шанс на воплощение. Ответственность за решение стать тем, кем я стал, целиком на мне. Я дерьмовый человек по собственной воле. Этого не изменишь.
— Если бы со мной произошло то же, что и с тобой, если бы у меня забрали близкого человека, — Нирэйн запнулся, смутившись, но продолжил. — Я даже боюсь представить, кем бы стал я… И поэтому я расспрашиваю тебя о том, сколько в тебе осталось внутренней силы и самоуважения. На случай, если ты вернёшь магию.
— Что? — переспросил Летар, до которого смысл сказанного не дошёл.
— Это был плодотворный разговор с Люцианом, Летар. Ни Кириона, ни Найррула с последнего раза всё ещё не видели, а это скорее плюс, чем минус. Если бы их казнили, то выставили бы на показ. А если закинули в тюрьму… — Нирэйн втянул побольше воздуха, продолжив: — Край заперт в разгромленной столице и не торопится продолжать наступление. Герцог Макз всё чаще срывается на подчинённых. Наполненное магией крылатое чудовище затмит взор Дераса Кааса. Завтра собрание всех дворян севера. У нас есть осязаемый шанс победить.
— И?
