— Но этот же разговор заставил меня крепко задуматься. Не первый раз со времён твоего рассказа о прошлом, — Нирэйн с силой стиснул плечо убийцы. — Мои сёстры по разным причинам не видят одного. Дракона, сидящего на цепи и готового сорваться в тот же миг, что Дерас Каас падёт бездыханным телом.
— Не завидую твоей рефлексии, — пробормотал Летар. — Видишь поражение даже в выигрышном сценарии?
— Я проясняю для себя, насколько разумно помогать вернуть магию человеку, вырезавшему под целую деревню людей. Не станет ли ситуация хуже?
— Так допроси меня заклятьем истины.
— В деле мотивации и убеждений от него мало толку. Как ты себе представляешь этот разговор? «Будешь убивать людей, Летар? — Нет. — А если приспичит? — Да»?
— Ты подозрительно много печёшься о моральной стороне вопроса.
— Представь себе. Мне наплевать на битвы за власть как таковые. Если бы не семья, я бы не оказался ввязан в войну между Синномином и Краем. Положение усугубляет чистое зло в лице гарпий, разоряющих юг. Я в этом деле ради победы на благо семьи и на благо людей.
— Этичной победы? Даже если есть возможность переложить ответственность за грязь?
— Ты слишком доходчиво объяснил, почему у меня не получится.
— Но разве победа того не стоит?
— Для меня это не будет победой. Или нет. Это будет победой, но не для меня. А останусь ли «я» вообще?
Летар хотел бы фыркнуть, но не стал. Стрелка на моральном компасе Нирэйна сбивалась с курса наивностью, но уж точно не заслуживала насмешки головореза. Он глубоко вздохнул, прочищая голову. В мозгах прояснилось сразу, ведь Летар не пьянел.
— Ты хочешь сделать так, чтобы я не стал вредить людям, когда обрету магию? — подвёл итог убийца.
— Именно. Я не знаю, какие привычки въелись в тебя за десять лет, и хочу обезопасить всех вокруг.
— Тогда обрадую тебя, — Летар снова расслабился и пригубил вино, забыв про хватку на плече. — Если за месяц в моей компании ты этого не понял сам, глубоко внутри я всё ещё человек.
— Люди убивают, Летар.
— Знаю. Я просто не хочу вслух признаваться в том, что внутри меня на последнем издыхании сидит целитель и альтруист. Тот самый, что раскидывался магией по всему Фьерилану декаду назад, — Летар ронял слова с заметной неохотой, полностью сосредоточившись на собственных мыслях. — А ещё знаю, что я ключевой элемент ваших планов, даже если окажусь кровожадным головорезом, желающим отыграться на всех вокруг за годы собственной ничтожности. Без меня ты можешь и не достать Найррула из плена, верно?
Нирэйн вдруг схватил Летара за руку со стаканом и вывернул её за спину, уткнув убийцу носом в стол. После чего навалился на конечность убийцы коленом и прижал его шею к столу локтём.
— И что происходит? — сдавленно поинтересовался Летар, не предпринимая попыток сопротивления. Нирэйн обездвижил его мастерски, но это не слишком озаботило убийцу.
— Как думаешь, перелом руки вытянет альтруиста наружу? Хочу напрямую поговорить с тем, кто исцелил Нэйприс чуть ли не ценой своей жизни. Без посредников.
— А я всё думал, когда проявятся твои психические заболевания, связанные с двадцатью годами плена посреди богом забытого юга, — пробурчал Летар уже недовольнее, заодно опустив тот факт, что исцеление Нэйприс было спонтанным решением в шоковом состоянии. — Не ты ли только что пытался морализаторствовать?! Или спьяну мысли путаются?
— Я говорил о черте, за которую не следует переступать. Сломанная рука в пределах дозволенного, — раздражённый тон Нирэйна всё же достучался до Летара, и тот напрягся.
— Не стоило говорить про Найррула? — спросил он, дав волю тревоге. — Ладно, ладно, чёрт, хватит. Я обещаю, что, вернув магию, займусь… благим делом! Или, по крайней мере, не буду вредить никому вокруг. Хочешь, я стану личным целителем вашей семьи на постоянной основе?
— Как понесло, — оборвал его Нирэйн. — Я надеюсь, что моей семье целитель больше не понадобится.
— Целитель всегда нужен! — протараторил Летар. — Но если не хочешь видеть меня рядом, я уберусь подальше, отправлюсь в Холодную Пустошь, найду там край света…
— Убедительно высокопарный бред, — вздохнул Нирэйн, и убийца ощутил, как давление схлынуло со спины и шеи. — Такую чушь, как край света, нарочно не придумаешь. За Пустошью может быть только лёд, Летар. Лёд, вода, а потом гарпии и снова империя. Изгиб горизонта предполагает, что наш мир круглый.
Летар отряхнул ноющую руку и развернулся к Нирэйну. А затем коротким взмахом запустил в того крохотный шар света. Нирэйн будто ожидал что-то подобное, не отшатнувшись от вспышки магии. А вот Летар вытаращился, прочувствовав результат.
— Ты трезв, — упавшим голосом прошептал убийца. — Это был не спирт?
— Спирт? — вскинул бровь Нирэйн. — Ты совсем сумасшедший? Я инженер, мне нужен незамутнённый рассудок. Я пью только воду… Ты чего вытаращился? Не удалось списать импульсивность на алкоголь? — губы его разошлись в усмешке. — Всё правильно, Летар, лучше не применять на мне логические выкладки, все равно не успеешь угнаться за работой моего ума.
— Я уже понял, что ты невменяемый, — огрызнулся Летар.
