Стоя по шею в крови, Летар понимал, что отмыть руки уже не выйдет, но прозревшая совесть все равно обглодала его до костей. С такой ясностью он ещё не взирал на окружающий мир, словно перед глазами провёл рукой всемогущий целитель.
«Я не заслуживаю магии. Я предал её сущность».
Печать опалила руку, заставив сердце убийцы подскочить. Но нет, это было секундным наваждением, крест на ладони остался без изменений.
«Есть человек, оставивший на магии рану куда более глубокую. Он обязан умереть. Его жизнь оборвётся любой ценой».
Летар испытал первобытную уверенность в том, что это будет самый альтруистичный поступок в его жизни. Ждать заветного часа стало значительно проще. Страх ушёл, сердце трепетало в предвкушении момента, когда можно будет поставить точку на поисках себя. Вечер и ночь пронеслись единым порывом, убийца даже не успел посмотреть им вслед. Его подсвеченные магией глаза впились в лазурное небо над морем, в недвижимую башню под небесным сводом, в циклопический надлом горизонта. Он ждал изменений на этом полотне, но изменения пришли с другой стороны света.
Сперва над столицей полетел трезвон колоколов. Затем совсем рядом, буквально снаружи от комнаты Летара раздался топот многочисленных пар ног. Грохот на далёкой лестнице. Бодрые командные выкрики западного офицера, слышимые без всякого усиления слуха:
— Удвоить охрану! Собрать всех лордов в тронном зале! Где герцог Макз?
Летар тихо поднялся на ноги, упершись макушкой в деревянную перекладину, служившей в шкафу верхней полкой.
«Какого дьявола?»
— Где герцог Макз?! — вопрос рыком прокатился по всему ярусу.
«Они потеряли герцога?»
— Я здесь, — после заминки раздался знакомый голос. — Пойдите прочь, у меня встреча с архимагом.
— Но Ваше Высочество…
— Я спущусь, когда закончу. Двоих солдат мне.
— Есть, милорд!
В комнату ворвался Макз со своим заменяющим связным — мужчиной непримечательной наружности и без намёка на оружие, — а пара солдат осталась дежурить снаружи, за захлопнувшейся дверью. Герцог выглядел посвежевшим, будто его накачали бодрящей магией и ею же отогнали скорбь по мёртвому любовнику. Связной прошёл в сторону и встал сбоку от балкона, зашевелив руками, сплетая до боли известное Летару заклятье. Незримость окутала связного, но из поля зрения Летара он не выпал — без зрительного контакта с убийцей, он не мог направить заклятье к его глазам.
— Милорд? — позвал вдруг связной. — Что, если архимаг понял, что вы затеваете, и поэтому подослал убийцу в ваши покои?
— Возможно, так оно и есть. Возможно, он что-то затевает, — признал герцог, уселся в кресло и принял расслабленную позу, чтобы не выдавать обуревавшую его тревогу. — В таком случае, эта встреча — приманка, и убийца где-то рядом. Будь готов к его появлению. Стража предполагает, что он маг огня и целитель, но Раллан вчера дежурил ярусом ниже и ничего не почувствовал.
— Значит, из убийцы паршивый маг. Даже руки вскинуть не успеет, — сообщил связной.
Мысли Летара замкнулись сами на себя, и он кое-как осмыслил услышанное, решив больше не усиливать зрение и положиться на слух. Собравшееся складкой время снова расправилось, стряхнув с себя тысячи крошек секунд. Утро готовилось перейти в день, а архимаг всё не появлялся.
— Он обещал утром, — в голосе Макза сквозил страх. — Сколько сейчас времени?
Связной аккуратно выглянул с балкона куда-то в городские дебри, словно там ещё были работающие куранты.
— Десять ровно.
«Мне осталось жить меньше двух часов?»
Приближение смерти стиснуло убийцу в ментальном параличе. Его как будто стошнило мыслями, и пустой мозг теперь саднил от прокатившейся по нему кислоты. Он перестал придумывать новые планы и подходы, он просто ждал с надеждой на то, что Дерас Каас придёт на условленную встречу.
Прострацию Летара прекратило внезапное дребезжание окон. Звук волной пронёсся по дворцу и ушёл дальше, к гавани. Макз подскочил в кресле и испуганно осмотрелся, но ничего не обнаружил. Мгновением позже раздался стук в дверь, оборвавший метания герцога.
— Ваше Высочество! — возопили снаружи. — Вы нужны внизу! Имперцы…
— Стража! — рыкнул Макз. — Не подпускать никого к двери, пока я не… закончу, — последнее слово оторвалось от реплики, погрязнув в окружающем шуме. Изменившаяся физиономия герцога дрогнула, губы шевельнулись, будто сквозь сон беззвучно обронив слова, которых не мог дождаться Летар: — Он летит сюда… Но почему оттуда?..
Убийца провёл ладонью перед лицом, в последний раз обновив эффект зрения.
План Лит был в том, чтобы прийти к столице за несколько суток до исхода печати Летара. Однако, когда Летару осталось жить четверть суток, предместья столицы так и не узрели ни имперских шатров, ни повозок, ни стенобитных орудий.
