Извращенное королевство полностью

Ничего себе. Такая редкость, чтобы кто-то из ровесников хотя бы слышал об «Искусстве войны», какое уж там читал.

По виду Тил такого не скажешь, это точно. В ней столько глубины, что узнавать ее в общении по-настоящему интересно.

– Так и думал, что это ты, Элли!

Кто-то набрасывается на меня сзади с объятиями. Не успеваю опомниться, как этот кто-то отрывает меня от земли и кружит.

Я смеюсь, и Ронан наконец ставит меня на ноги.

– Привет, Ронан.

– Не начинай, petit traitre[5]. – Он шутливо смотрит на меня сверху вниз. – Как ты могла так исчезнуть? Я все не могу прийти в себя от шока. Требую возмездия.

– Я же писала тебе, что произошло много событий.

К нам присоединяются Ксандер и Коул. Все трое одеты в стильные костюмы: Ронан в темно-синий, Коул в черный, Ксандер в темно-коричневый. Волосы уложены так, словно друзья пришли на показ мод.

Эта их сторона мне неизвестна – или точнее сказать, я пока с ней не сталкивалась. Уверена, они постоянно посещают подобные мероприятия.

Не успела я порадоваться встрече, как желудок сжимается от страха. Эти трое не пришли бы сюда без Эйдена. Наверное, тот ждет своего часа, чтобы появиться и атаковать меня.

Как чертов хищник.

– А это кто? – удивляется Ронан, глядя в сторону Тил.

– Тил. – Обращаюсь к девушке: – А это Ронан, Коул и Ксандер из моей школы.

Она кивает, почти не уделяя им внимания, прежде чем снова уткнуться в телефон.

– Bonsoir, ma belle[6]. – Ронан бесстыдно, в открытую пожирает ее взглядом. – Значит, мы часто будем видеться.

– Вообще-то, нет, – отвечает Тил, все еще не глядя на них.

– Ага. Мы живем в Бирмингеме, – говорю я.

– Нет! – Ронан выразительно хватается за сердце, приближаясь к ней. – Я умру, если снова тебя не увижу.

– Ну и что. – Тил разворачивается и отправляется к Ноксу, не оглядываясь.

– Хэштег «огонь». – Ксандер берет Ронана за плечо.

– Наконец-то кто-то тебя отшил. – Коул поднимает бровь. – Я впечатлен.

– Отвалите оба. – Выражение лица Ронана на секунду становится непроницаемым, после чего он ухмыляется мне снова. – Так на чем мы остановились? Точно! Когда обратно, Элли? Ты нужна мне так же сильно, как еда.

– Ты только что сравнил меня с едой?

– Эй! Вкусная еда делает тебя счастливым.

– Что ж, – смеется Ксандер, – Ронан и еда – это любовь навеки, так что, сравнив тебя с ней, он сделал своего рода комплимент.

– Exactement[7]! – Ронан по-дружески обнимает Ксандера за плечо. – Итак, Элли, когда ты вернешься и снова станешь моим светом в окошке?

Я уже хотела заявить ему, что вообще не знаю, вернусь ли, как волосы на затылке встают дыбом.

Я чувствую, что краснею от щек до груди под одеждой. По спине пробегает знакомый холодок, и неважно, как сильно я стараюсь подавить свои чувства.

Нет, нет.

Только не это.

Нет смысла умолять, когда катастрофа уже у тебя перед носом. Это не отложит неизбежного, и беда никуда не исчезнет.

Он здесь.

Чувства бегут по коже, а затем разливаются внутри. Я медленно поворачиваюсь и вместе с тем прячусь в пузыре из иллюзий, моем безопасном пространстве.

Я должна была догадаться. От монстров никуда не скрыться.

Тьма – их стихия, а мир – их театр. Если они захотят, то затащат тебя в тень, и все будет кончено.

Я думала, что худшие монстры остались в моем детстве. Но на самом деле мой худший монстр обладает самыми завораживающими глазами цвета металла и волосами цвета самых темных чернил. Его внимательный взгляд пронизывает меня и смотрит в самые темные глубины моей души.

Мой монстр такой высокий, властный и прекрасный.

Мой монстр – Эйден Кинг.

Учитывая все мелкие вспышки паники, которые я испытала сегодня, мне следовало бы подготовиться к появлению Эйдена.

Но я не готова.

Не совсем так.

Вообще не готова.

Сжимаю в кулак подол платья, чтобы хоть немного отвлечься.

Джонатан входит с возмутительной уверенностью, словно он хозяин этого места и всех присутствующих. Он смотрит поверх своего высоко задранного носа на каждого гостя рядом.

Эйден и Леви идут по обе стороны от него, словно генералы, уверенно перемещающиеся по зоне боевых действий. Астрид виснет на руке Леви, и кажется, что она смущена даже больше меня.

Кинги одеты с иголочки, в черные смокинги, которые необычайно идут их стройным фигурам. Мое внимание переключается на Эйдена. Хотя я пытаюсь бороться с этим, знаете ли.

Перевожу взгляд на прекрасное платье Астрид, легкую ухмылку Леви и даже на Джонатана, который относится к людям, как к черни.

Не получается.

Что-то притягивает меня и возвращает к Эйдену.

Как же я ненавижу это что-то! Презираю всем своим израненным сердцем.

Но мое изувеченное сердце трепещет, и я прижимаю к нему руку, глядя на Эйдена. Он движется так легко и уверенно. Волосы стильно уложены. Ткань обтягивает бицепсы и накачанные длинные ноги.

Он постарался сегодня. Хочет выглядеть максимально представительно – и до смерти привлекательно. Пользуется внешностью, чтобы добиться желаемого.