Извращенное королевство полностью

Я осматриваюсь, и, конечно, Сильвер здесь нет. Стойте. Сканирую бешеным взглядом кабинет.

Не хватает кое-кого еще.

Адама Херрана.

О, нет.

Нет, нет, нет.

Я должна была догадаться, когда заметила, каким взглядом он смотрел на нее и как зажал Сильвер в угол на парковке.

Он действительно причинил ей боль?

Вот черт.

Если Эйден и Коул не явились на урок, значит ли это, что они ей помогают?

Мои ноги не знают покоя весь урок. Не могу собраться, как бы ни пыталась, потому что в голове возникают всевозможные теории.

И все они нехорошие.

Что, если Адам ударил Эйдена? А если произошло что-то плохое?

Я понимаю, что Эйден относится к тем, кто причиняет боль, а не наоборот. Но вдруг что-то пошло не так?

Что, если его застали врасплох?

Я схожу с ума от одного пессимистичного сценария за другим.

Желудок сжимается от ужаса, а время проходит так медленно.

Вернись.

Вернись!

Вернись, черт возьми!

Достаю телефон и пишу ему сообщение.

Эльза: Ты где?

Удаляю, не успев отправить, и вместо этого запоздало отвечаю на его утренние сообщения.

Эльза: Мне не снятся сны, ты забыл?

Сердце бешено колотится в груди, когда телефон вибрирует от ответа.

Эйден: Я буду видеть сны за нас двоих.

Откуда ни возьмись меня настигает воспоминание.

«– Я не запоминаю сны, – говорю я мальчику с серыми глазами.

Он щипает меня за щечку.

– Я буду видеть сны за нас двоих.

– Обещаешь?

– Обещаю, Эльза».

Эйден появляется в школе во время обеда.

Я поднимаюсь с места, когда он входит в кафетерий.

Чтобы что?

Обнять его? Поцеловать?

Какого черта, Эльза? Одно то, что я за него переживала, не означает, что я прыгну ему в объятия.

Сажусь обратно и запускаю вилку в свой ланч-бокс. Говорю себе сосредоточиться на еде и не обращать на него внимания, но это не работает. От Эйдена просто так не избавишься. Он всегда будет рядом. Постоянно. Заноза в заднице. Острые ощущения. Он у меня под кожей, течет в крови.

Чем ближе подходит Эйден, тем больше отдаляется на второй план разговор Ксандера, Ронана, Нокса и Ким.

Мне даже не нужно поднимать глаза, чтобы почувствовать. Он у меня в крови, помните? Бежит по венам. Мне известно о нем все, нравится мне это или нет. Чувства настроены на его уверенные шаги, всемогущее присутствие, даже на его запах. Я его чувствую – чистый, мужской, полностью подходящий ему.

Нет ни малейшего сомнения в том, куда он направляется. Все посетители в кафетерии перестали существовать в его глазах. Жестоко, но это правда.

Эйден никогда не станет думать о них.

Но он думает обо мне.

Это можно сказать по тому, как светлеет его лицо, когда он меня видит, хотя в остальном оно остается непроницаемым. По тому, как весь язык его тела настроен на меня.

Как я могла быть такой слепой и не замечать этого раньше?

С тех пор, как мы были детьми, и даже сейчас, лицо Эйдена светлеет, только когда я рядом.

«Ты единственная, кто разрывает этот бесконечный порочный круг».

Он сказал мне это однажды, но тогда я ставила под сомнение все, что связано с ним.

Я вообще когда-нибудь верила тому, что он говорил? Что он чувствовал?

Конечно, он не ведет себя как надежный человек и доводит меня до белого каления своими манипуляциями, но верно и то, что он никогда ни на кого не смотрит так, как на меня.

Я всегда была погружена в свои мысли и никогда не смотрела на ситуацию с его точки зрения. А когда делала это, то лишь чтобы перехитрить его, а не понять по-настоящему.

Эйден останавливается перед нами. Высокий, широкоплечий и… сексуальный.

Да. Он сексуальный, и наконец я могу себе в этом признаться, причем ему даже не нужно для этого ко мне прикасаться.

Эйден – самый сексуальный человек из всех, кого я знаю. И неважно, что он мой единственный в жизни сексуальный партнер. Никто в мире не может сымитировать его силу и власть над моим телом.

То, как я на него реагирую, связано и с его личностью, и с его прикосновениями.

– Кинг! – Ронан хлопает по стулу рядом. – Viens par ici[12].

Эйден даже не видит его, все его внимание приковано ко мне.

– Пойдем со мной.

Я прекращаю притворяться, что мне интересна еда, и бросаю на него взгляд. На то, как школьная форма подчеркивает его мускулистые руки и бедра. Как расстегнута первая пуговица на рубашке, демонстрируя немного загорелой кожи.

Качаю головой и переспрашиваю:

– Пойти с тобой?

– Поймешь все по дороге.

– Алло! – Ронан вскакивает и машет Эйдену. – Я тут.

– Поднимай свою хорошенькую задницу, сладкая.

Хватаю сумку и встаю.

Возможно, это потому что я услышала, как он назвал меня сладкой.

Или потому, что я услышала его проклятый повелительный тон, от которого у меня там все становится влажным.

Или от того и другого вместе взятых.

Эйден на мгновение замирает. Возможно, он не ожидал, что я так покорно соглашусь. Я и сама удивлена, но не могу больше этому противостоять.

По крайней мере, сейчас.