Извращенное королевство полностью

Пауза Эйдена длится всего секунду, а затем он берет меня за руку и выводит из кафетерия.

– Хорошо пообщались! – орет нам вслед Ронан.

Я рассматриваю руку Эйдена, в которой лежит моя. Это возвращает воспоминания о той поре, когда мы были детьми.

Тогда это я всегда держала его за руку и вцеплялась в него. Я бесстыдно прижималась к нему и клала голову на плечо.

Кто знал, что настанет день, когда мы поменяемся ролями?

Мы проскальзываем в «Феррари» Эйдена и вылетаем со школьной парковки.

– Куда мы едем? – наконец спрашиваю я, прижимая рюкзак к груди.

Эйден смотрит на дорогу.

– Во «Встречу».

– Зачем?

– Нэш попросил нас подъехать.

Ого.

Пытаюсь побороть волну разочарования, но проигрываю. Мы едем во «Встречу» только ради Коула. Не то чтобы я разочарована.

Мне не следует расстраиваться.

– Почему ты так охотно пошла со мной? – внезапно спрашивает он.

– Я… не знаю.

Я действительно не знаю. Я была не в себе.

Может быть, потому что беспокоилась о нем и вспоминала прошлое.

Или потому что скучаю по нему. Я словно попрошайка, умоляющий о крошках и мечтающий хоть одним глазком посмотреть на него, чтобы утолить жажду и влечение внутри меня.

Ненавижу себя за то, что скучаю по нему. Почему невозможно не скучать по нему?

Пристально рассматриваю Эйдена боковым зрением. Его черные волосы и глаза, перед которыми невозможно устоять и которые расскажут тебе тысячу историй. Его тело и то, как легко и уверенно он держится.

Может, у него в крови есть что-то инопланетное? Уверена, что есть. Иначе как у него получается привлекать меня без особых усилий?

– Ты помнишь время, которое мы провели вместе десять лет назад? – спрашиваю я, не удержавшись.

Он кивает, его взгляд темнеет.

– А ты нет.

Мое сердце замирает. Он этого не выносит. Боже. Не выносит, что я не помню его в то время. Должно быть, вот почему он так ублюдски ведет себя со мной, называет Холодным Сердцем и бездушной.

Но могу ли винить его за это? Я была бы убита горем, если бы он забыл меня.

– Я не специально. – Я заправляю за ухо прядь волос. – Кроме того, я кое-что вспомнила.

– Хм, например?

– Как много времени я проводила с тобой, как мы общались. Не помню, чтобы ты назвал мне свое имя, и я вспоминала о тебе как о мальчике с серыми глазами.

– Ты провела со мной всю ночь. – Он скромно улыбается. – Ты бы не ушла, даже если бы я попросил тебя об этом.

– Неправда! – Мои щеки горят от смущения.

– Это я храню все воспоминания, помнишь? – Его губы искривляются в ухмылке. – Ты вытирала мне лицо смоченной в воде салфеткой, а потом укрыла пледом, чтобы смогла проскользнуть под него ко мне. А, и еще ты держала меня за руку и поцеловала в щеку. Ты была такая приставучка.

Можно мне нору, чтобы я там спряталась с головой?

И все-таки я поднимаю подбородок.

– Ты говоришь это просто потому, что я не помню.

Он берет мою руку и подносит к своему лицу. Прикладывает ладонь ко рту и целует ее так нежно, что по телу пробегает разряд.

Жар вспыхивает на коже, словно стремительный огонь, пронизывающий меня до костей.

О боже!

Я могу совладать с настойчивой, грязной стороной Эйдена – иногда, – но совершенно беспомощна перед его нежной частью личности.

– Ты чертовски милая, когда стесняешься.

Он опускает мою руку себе на бедро, держа ее в своей, словно это самая драгоценная его вещь.

Наши пальцы переплетаются. Моя маленькая рука в его большой руке. Женские пальцы рядом с длинными и мужественными.

Чувствую искушение убрать руку, но я слишком люблю тепло. И потом я до сих пор в шоке от того, как он поцеловал мою ладонь.

Размышляю, не потыкать ли в него пальцем и расшевелить его безобразную личность, чтобы доказать, что побеждает всегда именно эта сторона.

– Ты раньше не была такой скромной. – Он наклоняет голову. – Ты забирала и забирала без колебаний.

– Нет.

– Да, было и такое. Говорю тебе, девочка Эльза была жесткой.

– Господи. Не могу поверить, что у тебя были грязные мысли о маленькой девочке.

– Ты давно выросла.

– Да и ты уже не мальчишка.

– Конечно. Вот поэтому мне можно тебя трахать.

– Ты прекратишь когда-нибудь грязно выражаться?

– Только когда грязно трахну тебя.

От раската его голоса по коже бегут искры и спускаются к животу.

Есть что-то невероятно мужественное в его голосе, таком грубом, глубоком и… грязном.

Да, грязном. Охренительно грязном.

Я нагреваюсь, почти закипаю, представляя, как его голос проникает в мои самые чувствительные части тела, пока он шепчет мне грубости.

Этот образ погубит твою решимость, Эльза.

– Прекрати, – шепчу я.

– Не в том случае, если речь идет о тебе.

– Ну да, конечно. Свали все на меня.

– Во всем виновата та девочка Эльза. Она заставила меня думать о вещах, о которых я раньше не задумывался.

– Например?

– О всякой взрослой чепухе. Я же сказал, она была жесткой.

– Ты приписываешь мне такие слова просто потому, что я не помню.

– Поверь, ты вспомнишь. Жду не дождусь, как увижу твое лицо, когда это произойдет.

– Продолжай мечтать, идиот.

Он посмеивается, и звук эхом раздается вокруг, словно мелодия. Хочу потянуться к этому звуку, положить его в коробку и оставить на память.