Извращенное королевство полностью

Выйдя из душа, оборачиваю одно полотенце вокруг талии, а другое накидываю на шею.

Останавливаюсь на пороге ванной. Джонатан стоит посреди спальни, засунув руки в карманы брюк.

Он рассматривает стены, словно первый раз тут оказался. Тут чисто до скрипа. Кровать, рабочий стол, платяной шкаф. Большего мне и не нужно.

Я все равно почти не провожу время в этой комнате, и это неважно. Однако «Встреча» важна для меня. Сейчас я предпочел бы оказаться там.

– Ты был у Итана дома, – говорит он. Это не вопрос, а значит, он следил за мной.

Охренеть.

– Да, был, – говорю я, просто чтобы позлить его.

Вытираю волосы полотенцем с шеи. Черные пряди лезут в глаза, мешая видеть Джонатана.

– Что он сказал? – спрашивает он.

– Ничего важного.

Он прищуривается, но не напирает.

– Не теряй хватки.

«Конечно, пап».

Вот только он не заслужил обращения на букву п. Разве что «павлин».

– Джонатан?

Он останавливается, но не оглядывается.

– Да?

– Я разрываю помолвку с Куинс.

Он медленно поворачивается ко мне, все его тело напряжено.

– Даже не хочу обсуждать эту глупость.

– А я и не спрашиваю у тебя разрешения. Сообщаю: нашей помолвке с Куинс конец. Прямо с этой секунды.

– Ты выбираешь сторону Итана?

– Он здесь ни при чем.

– Очень даже при чем. Себастьян Куинс – наш партнер и член избирательного комитета Роудзов. Он не проголосует в нашу пользу, если ты бросишь его дочь.

– Так найди других союзников. Себастьян не единственный член избирательного комитета.

Джонатан прищуривает один глаз.

– Это из-за той девки Стил. Так и знал, что она промывала тебе мозги.

– Она моя, Джонатан. Моя. – Я отбрасываю полотенце, которым вытирал волосы, и встаю лицом к лицу с ним. – И как только ты примешь это, я приму твое наследство. До этих пор ты мой враг.

Он секунду смотрит на меня в упор. Это не угроза, скорее он о чем-то размышляет.

Я не знаю, что он ожидал. Неужели думает, что сможет до меня достучаться, если раньше не делал даже попыток?

Этот корабль ушел вместе с Алисией.

– Неблагодарный вшивый щенок. – Он стискивает зубы.

– Не могу назвать ни одной причины, почему я должен быть тебе благодарен.

– Не мне, а твоей матери. У тебя ни малейшего уважения к ее памяти.

– Перестань использовать Алисию в своих играх разума.

– Играх? Ее смерть была игрой? Ты забыл, кто стал причиной ее аварии? – Он наклоняет голову и смотрит на меня бешеным взглядом. – Ты забыл, сколько часов она страдала, пока в конце концов не умерла?

– Причина не в Эльзе.

– Но в ее отце.

– И в тебе тоже.

Он недолго молчит, его челюсть дергается.

– Что ты сейчас сказал?

– Ты меня слышал. – Я говорю это самым глубоким и низким голосом. – Ты сжег фабрику, зная, что Итан отомстит, нанеся ущерб самому ценному, что у тебя есть. Но знаешь что? Алисия умерла вовсе не поэтому. Она умерла, потому что была в заточении этого мира, тогда как ее душа обитала где-то в другом месте. Мы с тобой – вот и все, что ей было нужно, дабы пустить здесь корни. Ты знал ее потребности, но едва ли уделял ей время. Твоя жажда власти и амбиции всегда были на первом месте – о нас ты думал в последнюю очередь.

– Я это сделал ради тебя, – выкрикивает он. – Я выстроил «Кинг Энтерпрайзес» ради нашей семьи.

– Алисии не нужна была фамильная мощь. Она нуждалась в тебе, а ты ее разочаровал. Ты медленно убил ее, Джонатан. Так что прости, но я не верю в твой бессмысленный план мести. Нужно было защищать ее, пока она была жива. – Я обхожу его, чтобы взять одежду. – Я не повторю твою ошибку.

Джонатан ничего не говорит. Он только разворачивается и уходит.

Дверь с щелчком захлопывается за ним.

«Слышишь, Алисия? Джонатан наконец-то чувствует боль. Спи спокойно».

Я знаю, что это не так. Перед глазами встает ее грустное лицо. Бледные щеки и постоянные слезы в глазах.

Она ненавидела, когда Джонатан нервничал или ему было больно. Она любила этого неудачника больше, чем тот заслуживал, но он ответил ей взаимностью слишком поздно.

Я не буду как мой отец.

Одеваюсь и набираю Нэша. Он снимает трубку после первого гудка.

– Ты готов? – спрашиваю я.

– Как всегда.

– Найт и Астор там?

– Найт – да. А Астор слишком накурен, чтобы прийти.

Ну конечно. А потом будет огрызаться, что мы никуда его не берем.

– Кинг?

– Да?

– Давай оставим Адаму немного надежды.

– Зачем?

– Хочу, чтобы он ненадолго почувствовал себя в безопасности перед тем, как мы начнем уничтожать его снова и снова.

Я ухмыляюсь. Мне нравится эта идея.

– Идет. И… Нэш.

– Да?

– С Куинс все кончено, мелочный сученыш.

– Иди ты!

Я улыбаюсь и кладу трубку.

Пора уделить внимание просроченным задачам.

Обстановка в КЭШ, мягко говоря, нестабильна.

Прошло уже много времени с тех пор, как я шла по коридору школы и все пристально меня рассматривали, словно я зверушка в зоопарке.

Рядом идет Тил, уткнувшись в телефон и забив на прикованное к нам внимание и слова, что говорят у нас за спиной.

– Это из-за нее.

– И как ты думаешь, что теперь будет?

– Она правда такая?

– Заткнись или будешь следующей.