Кавказ…Невероятно красивое место. Я здесь был трижды. Два раза во время Первой и Второй Чеченской компании в составе спецподразделения ГРУ, а третий — в 2022 году как обычный турист. И каждый раз у меня просто захватывало дух от красоты гор. Ощущение восторга и полноты жизни прямо переполняло. Неважно в каких обстоятельствах ты оказался там, — величие природы гор чувствуется всегда. Кавказ меня будоражит и физически, и духовно. Его красота безжалостная в своей чистой наготе, — её могут понять лишь сильные духом люди. Когда стоишь над обрывом пропасти или переходишь горные реки, ты чувствуешь себя по-настоящему живым… И вот снова я тут, — и прежние эмоции хлынули на меня потоком. В октябре папенька направил меня на Кавказ в качестве командующего гвардейским и гренадерским корпусами…
Освоившись на месте, я с небольшим отрядом выехал на разведку. Местность была сложная, труднопроходимая — как двигаться большим силам, было не до конца понятно.
— Ваше Высочество, необходимо срочно отходить. Впереди отряд горцев, — втрое больше нашего. Непонятно как сумели пройти незамеченными наши заставы, — встревоженно доложил адъютант.
— Втрое больше, говоришь. Артиллерии я так понимаю, у них нет, огнестрельного оружия мало. Отходить мы сейчас не можем. Если узнают, что гоняли сына императора как зайца, авторитет России рухнет, а Кавказ уважает только силу. Надо выступать навстречу.
Бой произошёл стремительно. Столкновение отрядов было бешеным. Мелькали сабли, звучали звуки выстрелов. Я в этот момент словно погрузился в транс. Время будто замедлилось для меня, — я уклонялся от клинков вражеских шашек, стрелял из пистолета и наносил удары кинжалом. Патроны быстро кончились, и я в каком-то словно наваждении швырнул его прочь и просто начал прыгать с лошади на лошадь, нанося удары ножом и кулаком. Бородатый здоровый воин налетел на меня с кинжалом, — и я, перехватив его руку, просто в запале оторвал её и понёсся дальше.
— Шайтан, шайтан!!! — испуганно кричали оставшиеся воины.
Разгром был жестокий. Противник был полностью деморализован. А мы продолжили свой путь, уже гнав перед собой со связанными руками, шокированного противника.
Позже, Николай попытался выяснить, что всё-таки произошло в этом бою у главнокомандующего русскими войсками на Кавказе графа Воронцова.
— Так что же там произошло, Михаил Семёнович? До меня доходят совершенно непонятные сведения.
— Боюсь, Ваше Величество, это непонятность связана с характером данного события. Дело в том, что произошедший бой немыслимо описать с позиции разумного объяснения.
— Поясните свои слова.
— Достоверно известно, что когда наследнику передали, что впереди превосходящий, по численности враг и необходимо срочно отступать, тот заявил, что Кавказ уважает только силу, и если горцы узнают, что гнали самого сына императора, то всякий к нам страх и уважение потеряют. После этих слов бой и состоялся. А то, что произошло потом, уже не поддаётся никакому логическому описанию. По словам офицеров-участников сражения, Александр поначалу стрелял из пистолета, а потом стал на дикой скорости прыгать и носиться между горцев, убивая всех ножом. Слышались только крики «шайтан», «шайтан» и стояла какая-то атмосфера дикого ужаса и обречённости. Когда всё закончилось, он вышел из боя весь в крови горцев, держа чью-то оторванную руку. Там даже часть наших новобранцев, к стыду, надо сказать, буквально обмочилась. Горцы же просто скулили от страха, многие поседели от ужаса. Офицеры признаются, что даже у них в это время коленки дрожали, — наследник вызывал какой-то дикий страх. Вообще, в войсках сейчас об этом стараются не говорить, потому что это не вписывается ни в какие рамки.
Николай шокированно слушал доклад и никак не мог переварить услышанное. Сила наследника, о которой так часто говорили его воспитатели, оказалась даже сильно преуменьшена.
За действия на Кавказе меня предоставили к боевому ордену — Св. Георгию 4-й степени. Честно говоря, я был рад, так как данная награда даётся не по должности или званию, а только за личную храбрость. Это было приятно и потому, что младший Константин к этому времени уже получил Георгиевский крест за боевые отличия в Венгерской компании.
Государь послал навстречу Александру Паткуля, бывшего соученика Саши. Николай предупредил того: «Прежде чем вручишь крест, скажи, что я очень недоволен им: наследник русского престола не имеет права рисковать, как он изволил это сделать — чуть не попал к горцам в плен».
В России тем временем назревали опасные общественные тенденции. Под влиянием революций в Европе тематика народного освобождения принимала всё более отчётливый характер. Власть отвечала по большей части силой, так как не могла найти другого способа реакции.
