– Нин, а у нас гости? – и поспешил на кухню, не дожидаясь ответа.
Нина вышла ему навстречу, но когда Леша появился на кухне, поспешила сесть на свое место.
– Мама пришла, – стараясь улыбаться задорно, ответила Нина. Но напряжение, которое неминуемо возникло, трудно было куда-либо запрятать.
– Здравствуйте, Ирина Сергеевна, – сдержанно, потому как просто не знал, как себя вести, произнес Леша.
– Здравствуй, – не глядя ответила Ирина.
– Я в комнате, – произнес Леша и поспешил уйти.
Ирина Сергеевна было тоже засобиралась, но Нина уговорила ее посидеть еще минуточек двадцать. Внутренними усилиями, что давалось тяжело в особенности Ирине, до очередного конфликта дело не дошло. Ирина ушла от Нины, полная противоречивых чувств. Бесконечная радость от встречи и примирения с дочерью смешивалась с неприязнью к Лёше. И потому вместе с довольной улыбкой и счастливым взглядом, в глазах могли пробегать тени недовольства и затаенной враждебностью.
Нина, довольно улыбаясь, постояла в прихожей с минуту и направилась в комнату к Лёше. Она помнила, сколько нехороших слов было сказано ее матерью в Лешин адрес, как Ирина, вместо поздравления, когда узнала, что они собираются пожениться сказала:
– Никогда не думала, что ты – Нина – всегда умный человек, позволишь так себя крупно обмануть…
Нина всё это очень ясно помнила и честно обижалась на мать несколько месяцев. Но,по прошествии времени, рассудила, что Ирина Сергеевна от Нининых решенийредко была в восторге и каким-то образом, но нужно было возвращать мир в их отношения. Нина не хотела, даже побаивалась, что может случиться так, как у Светы из Нининого отдела, которая намеренно, с какой-то дикой и не уместной хвальбой, не поддерживала отношения с матерью. Что уж там у них произошло?.. Но, Нина ни за что не стала бы хвалиться такой нерадостной вещью, ей бы это даже и в голову не пришло. Но сам факт бросить мать и полностью отдалиться от нее, наводил у Нины в душе тревогу и обдавал страхом. Оставлять все, как есть было нельзя.
Пару дней назад Нина пораньше ушла с работы. Она договорилась встретиться с Сашей. И последние несколько часов на работе все ее мысли только и находились в еще не состоявшемся разговоре. И эти несколько часов Нина просто не могла ничего делать. Она то принималась пить чай, который пить совсем не хотелось, то без аппетита съела половину шоколадки, и постоянно же вставала с места, подходила к окну и некоторое время молча и задумчиво смотрела в него.
Нина никак не могла себя заставить работать. Какая-то неведомая рассеянность овладела ею. Хотя она отчетливо понимала, что разговор с братом, может дать ей лишь некоторую отдушину, вроде разговора с психоаналитиком, саму же прескверную ситуацию, что который месяц не давала никому покоя, он никак не исправит. Но, однако же, надежда на чудо была и своим существованием откровенно раздражала Нину. Ведь здравое видение ситуации не предвещало и полунамеком, что из-за туч может показаться солнце, или хотя бы его ясный луч.
Выйдя из офиса, Нина попала под самый дождь. Такси еще не подъехало. Нина поспешила и выбежала на улицу раньше времени. Но возвращаться назад на каких-то десять минут у Нины даже и мысли не возникло. Она, ругаясь на себя, вытащила из сумочки зонт, который спас ее частично. Дождь был косой, и ветер ровно держал тот угол, под которым холодные капли падали на тротуар, на дома и людей. Погода испортилась в одночасье. Левый рукав, весь левый бок промокли насквозь, по колготкам в сапог просачивалась вода.
Такси подъехало чуть раньше договоренного времени, на что Нина облегченно вздохнула и села в машину. Пальто успело промокнуть так, что сырость ощущалась всей левой частью тела. А еще сырость забралась в сапог. Было неприятно и телу и на душе.
Всю дорогу Нина была ни в меру хмурой и, как показалось таксисту, который оставил все свои мысли при себе, чем-то явно недовольной в своей жизни и даже вспыльчивой и стервозной особой. Впрочем, водителю такси было всё равно, но пока он ее вез, она вызывала у него определенный интерес – интерес любопытного зеваки.
Нина вышла из такси. Дождь прекратился, и крайне неприятная свежесть поселилась на улице. Ежась, Нина пошла к дому, во двор которого только что заехала Сашина машина.
– Погода не радует, – улыбаясь и ставя машину на сигнализацию, произнес Саша.
– Да уж не лето! – неожиданно обрадовавшись и приподняв свое настроение, ответила Нина, пойдем уже в дом.
– Пошли, – охотно согласился Саша, запахивая куртку.
И уже в квартире, на кухне, начался настоящий серьезный разговор.
– Саш, с тобой-то я хотя бы могу поговорить нормально? Ты понимаешь, я все никак не могу взять в толк, откуда у мамы взялось столько ненависти к Леше. Или она серьезно считает, что он каким-то образом ухитриться и заполучит дачу себе? Она что, считает, что Леша женился на мне из-за имущества? Да вот чтобы тебе было известно, если бы я сама не начала с ним общение, то сейчас не была бы за ним замужем.
