– Чего?! – Саша подался вперед и сильно прищурился, глядя на Нину, инстинктивно ища в ней, в ее лице, ее глазах пояснение, ответ. Он совершенно не понял – до него не дошел весь смысл произнесенного – про что сказала Нина.
– Саш, я просто никому не рассказывала, потому что это не информация для общественного доступа и обсуждения. На Новый год я поздравила его эсемекой. Потом мы начали созваниваться. И зачем?.. Зачем, вот ты мне скажи, я все это тебе сейчас рассказываю?.. Получается, я сейчас оправдываюсь, – вдруг разозлилась Нина и теперь уже совсем забыла, что собиралась перекусить бутербродом с чаем.
– Откуда в тебе взялось столько наивности и какого-то странного романтизма? – рассудительно и спокойно произнес Саша.
– Саш, я тебе сейчас как юрист говорю. Дача оформлена на родителей. Наследниками являемся мы с тобой… Ты только подумай. Ты же не дурак. Тебя, как умного, частенько ставят мне в пример.
– Не язви! – бросил Саша, – уж на то пошло, я сам тебя не совсем понимаю.
– А что тут понимать?! Есть люди, которые женятся или выходят замуж из-за каких-то конкретных причин, жилье там, например, деньги, статус, самоудовлетворение – да и такое бывает – ну и так далее. А есть, которые женятся по одной лишь простой причине, им просто комфортно вместе, хорошо и всё! Такое тоже бывает.
– То есть ты до этого не комфортно жила? А сейчас приобрела этот самый комфорт…
– Дурак! Ты зачем женился? Ты хоть раз задавался этим вопросом? Тебе же, я бы не сказала, что и одному было неплохо. Точнее как, пришел домой, все чисто и сготовлено, мама постаралась. Но тебе-то зачем-то понадобилось жениться! Зачем? Зачем ты женился?
Саша буквально опешил и сидел с приоткрытым ртом. Он что-то хотел возразить Нине, но не смог и слова вставить в ее быстро текущую речь. А когда Нина замолчала, у Саши в голове эхом только и звучало «зачем?..»
Немного выговорившись, Нина вспомнила про бутерброд и стала его доедать. Саша всё молчал. Его зацепил это вопрос «Зачем?..», и он не хотел его отпускать, не хотел от него отмахнуться и всерьез задумался над таким то ли совсем простым, то ли непомерно сложным, с философскими подтекстами вопросом.
«Зачем?.. Ну, вот беру я и наливаю стакан воды и пью. Зачем? Просто потому, что хочу пить. Меня мучает жажда, возможно от жары, возможно от того, что просто давно не пил воды и организму она потребовалась. Я беру и пью. Не задаюсь же я вопросом, зачем мне пить воду?..»
– Это моя потребность… – переходя незаметно из мыслей в полушепот, который, впрочем, Нина, четко услышала и поняла, – это всё какая-то глупость получается. Совсем глупость! Нина! – разозлился он.
– Саша! – ему в тон возразила Нина, – ты сейчас с кем разговаривал?
– Нин, ну я же люблю Олю, – будто защищаясь и оправдываясь одновременно, выдал Саша, – ты же знаешь, что я мог жениться и не на ней. У меня же был выбор. Но Олю я люблю, не смотря даже на то, что вы с ней не очень ладите.
– Ну вот. А от меня-то ты, что хочешь услышать? Лучше подумай, как мне с родителями – нет с мамой, папа еще ничего… как мне с мамой всё наладить. Не может же так быть, чтобы эта ерунда продолжалась вечно. Как-то надо ее разрешить.
– Надо! – уверенно произнес Саша, – но ты сама знаешь, что если мама во что-то уверовала, то пока сама не разубедиться, то ничего по большому счету сделать мы и не сможем.
– Да… Саш…
Разговор приостановился. Нина задумчиво повертела в руках пустую кружку и встала со стула, чтобы налить себе еще чая. Не спеша заваривая чайный пакетик, Нина вновь начала говорить.
– Саш, ты вот как думаешь, если бы мама узнала, что у нее будет внук, она бы как-то поменялась?
– Это правда? Ты собираешься стать мамой? – прежде всего удивленно, а уж следом начиная улыбаться, оживился Саша.
– Правда, Саш. – Более чем уверенно, заявила Нина. Саша внимательно посмотрел на старшую сестру. У нее на лице отражалась гамма разнообразных чувств.
– А сразу нельзя было сказать?.. Я тут сижу, уже и не знаю, что можно придумать…
– Ты думаешь…
– Очень надеюсь. Нет! Практически уверен. А где у тебя Леша?
– В редакцию ушел.
– Нин, дай мне кружку. Что-то чаю тоже захотелось.
***
Осень… Она продолжала все сильнее и сильнее завладевать миром. И желтый лист, облетая с деревьев, заполнил собою все леса, парки и скверы. Даже около одинокой липы, что росла возле окон Нининой работы, образовался целый ворох листвы. Она лежала, промокала от дождей, высыхала от ветра и солнца и безвозвратно теряла свою яркую красоту. Только ее шорох под ногами продолжал радовать. Голые же ветви дерева растерянно, будто это была их первая осень, смотрели вокруг. Они уже пребывали в дреме, но минувшее тепло, лето, все еще текло по их ветвям, содержалось в их соке. И только весной эти запасы сил и энергии пробудят к жизни все дерево, поведут его навстречу вновь вернувшемуся теплу и солнцу.
Глава 17
