Кабальеро де Раузан (ЛП) полностью

- О философии мы все говорим и мало знаем. В основном, философия – это покорность нашим несчастьям.

- Настоящая или мнимая покорность?

- Обе. Настоящая покорность находится внутри, а не снаружи. Мнимая покорность – это лицемерие. Равнодушные темпераменты следует назвать философскими, но их безразличие к предметам жизни основано на презрении, которое испытывают знатоки искусств и советуют другим. В остальном же, человек не готов к страданиям. Никого не обрадует ни физическая, ни моральная боль.

- Однако, некоторым нравится мучиться.

- Это обычная причуда, соответствующая религиозным взглядам, тщеславию или размышлениям об иной природе, например, факирах Индии, аскетах, и других. Боль никому не приятна. Она противоположна наслаждению, в ней черты проклятия. Что касается философов уровня Гольбаха и Руссо, следует согласиться, что они лишь прекрасные безумцы, помешанные на своих собственных парадоксах.

Пакито, непременный участник застолья сеньора де Раузан, желая угодить ему, несвоевременно возобновил дискуссию по поводу светского человека:

- Светский человек для меня – это тип совершенный с точки зрения общества, у него безупречный вкус, изящество, одаренность, благоразумие, великодушие. Он находчив, остроумен, всегда в гуще событий. Светский человек – королевская звезда всепланетарной системы: ее украшение и необходимость. Вы такого же мнения, сеньор де Раузан?

- Простите, если не придам вещам такую горячность. Для меня светский человек – это человек деловой, образованный, который умеет нравиться людям и оценивать их. Он легко приспосабливается к привычкам и обычаям страны и общества, уважает законы и личности. Он высказывает мнение и не принимает решение, беседует и не читает наставления, наблюдает и не критикует. Он старателен, но не щепетилен, его спокойствие не показное, он по-настоящему благородный и культурный. Больше всего отличает светского человека учтивость, или вежливость по отношению к другим людям, вежливость, в которую вплетаются действия, слова, жесты, даже тон голоса. В грубости жестов, слов или манере произносить их, отражается злой нрав и юмор, недовольство и неуважение к ближним. Светский человек радует, в наших глазах он прекрасен. Быть любезным – не значит навязывать свою волю или мнение, а согласиться с чужим мнением, никогда не забывать, что салон предназначен не для споров и сражений, а для развлечений и общения.

- Я согласен с сеньором де Раузан во всем, – сказал доктор Ремусат.

- Правильно, – заметил кабальеро, – потому что вы никогда не отрицаете свои труды, и вряд ли станете противоречить самому себе. Я не заискиваю перед вами, доктор, и не хочу вас обидеть или унизить себя. Похвалу следует говорить вовремя и в меру. Когда похвалами осыпают несвоевременно – это презренно и постыдно.

- Что вы скажете о речи светского человека? – спросил Пакито.

- Это очень деликатная мелочь, – ответил кабальеро, – смотря по обстоятельствам. Одаренный и ученый человек может блестяще вести беседу, но необходимо, чтобы он не забывал о своих собеседниках, царствующих мыслях, духе моды, и так далее. Иногда науке есть место в разговоре, а иногда она вносит лишь надоедливость и педантичность. Секрет в том, чтобы уметь с легкостью и незаметно подниматься до наших господ и опускаться до наших собеседников. К несчастью, умение нравиться мужчине, женщине, молодежи, ребенку – это не наука, а талант; и талант редкий.

- Что вы думаете о шутках или остротах?

- Считаю, что это опасность, которой серьезным людям следует остерегаться, это наихудшая манера легкомысленных людей. Обычно мы смешим одних за счет других, а это непорядочно и жестоко. Тех, кого мы рассмешили, не поблагодарят нас, а с кем плохо обошлись, не простят нас. Шутить становится привычкой, затем это перерастает в язвительность. Нередко жертвуют очень уважаемыми и порядочными людьми, чтобы заставить смеяться тех, кто нас слушает, стараясь пройти по одаренным персонам.

- Вы изгоняете остроумие из беседы, как Платон очищал музыку в своей республике?

- Нет, я согласен с поучительной шуткой, без язвительности, осторожной, уместной, которая обличает дурные качества, страсти, но не оскорбляет личности. Есть разница между невинной остротой и шутовством со злословием.

- С огромным удовольствием мы бы послушали, что вы скажете о неприязни, доброжелательности, и конечно же, о любви.