Одиночеством и страхом потери отмечена жизнь родителей, они тенью легли и на детство Майке. Дело не в том, что они пренебрегали дочерью или жестоко обращались с ней. Напротив. Майке цитирует слова родителей: «Мы договорились, что будем жить иначе. Что наши дети не должны расти так, как мы». Им это удается, они окружают детей любовью и заботой, создают для них дом, который становится настоящим источником поддержки, поэтому я верю, что у Майке хороший фундамент. Безопасность, базовое доверие находятся внутри нее. Это также подтверждается тем, что Майке с самого начала терапии была настроена позитивно, в ней нетрудно было развить уверенность и доверие, которых приходится с таким трудом добиваться с другими пациентами. Значит, в ней есть глубоко укоренившееся ожидание, что другой поможет и не сделает плохо. Однако родительские страхи и травмы детства — призраки в жизни Майке. Строя уютный дом, родители старались справиться со своими травмами. «Мы все сделаем по-другому, мы все благоустроим! Дом должен быть безопасным местом, где не бывает скандалов и конфликтов, где каждый чувствует себя хорошо и ему не надо прятаться от других членов семьи». Есть идеал семьи, в которой все процветают и наполняют друг друга смыслом. Майке так описывает домашнюю атмосферу:
— Почти как в Нетландии, только без капитана Крюка, где все безоблачно, время не течет, все друг другу помогают.
— Без капитана Крюка, то есть без взрослых. Остров, на котором обитают только дети.
И это работает до тех пор, пока Майке и ее брат маленькие. Для малышей семья — центр вселенной, связь с родителями важнее всего. Может, атмосфера Нетландии и соответствует идеальному детству, но правда в том, что оно рано или поздно закончится. Время не стоит на месте. Даже в семье Майке. И когда начали возникать конфликты, дети стали отстраняться от родителей, а все это часть жизни, родители забили тревогу.
В период, когда дети входят в подростковую фазу, и немного позже родителям нужно набраться терпения, поскольку дети все чаще будут несправедливы и неблагодарны по отношению к ним. Но надо научиться понимать своих детей. Ведь им нужно обрести свое «я», найти место в жизни вне семьи, а значит, отпустить родителей. В это время нельзя воспитывать в детях чувство вины или наказывать ответным агрессивным поведением, что обусловлено признанием принципиального момента: время идет, заканчивается определенная фаза жизни. Полагаю, на данном этапе Майке разбередила детские раны своих родителей — их страх быть ненужными, неважными, нелюбимыми. В этом и заключается глубинная истина: чем старше дети, тем меньше они нуждаются в родителях. Но такова цель человеческого развития, признак того, что все правильно.
Однако в случае Майке очевидно, что именно родителям нужна помощь. Они, как дети, ждут признания и постоянного внимания, поскольку эти потребности не были в свое время удовлетворены. Проще говоря, им необходимо быть нужными. Действительность, в которой дети становятся независимыми, болезненна для них. И они начинают создавать собственную, мир вне времени, где Майке беспомощна и зависима от них, словно малыш, — эдакую Нетландию, которая постепенно превращается в тюрьму. Брат Майке воспротивился этому и разорвал семейные узы. Майке описывает его как трудного ребенка, чувствительного и ранимого, вспыльчивого. Но теперь Майке может объяснить себе его поведение, понимает, что брату удалось выстроить свои границы, даже если для этого понадобилось сократить общение с членами семьи. Она же безропотно соглашалась поддерживать семейную гармонию. Но не из страха перед авторитарными родителями — «Спорим, сдрейфишь! Спорим, не сможешь!» — а из чувства вины, поскольку она видела, что родители нуждались в ней, какими ранимыми они были. И поскольку Майке не создавала проблем, она была на особом положении. Когда Майке «упрямилась», они обижались и не общались с ней. Разговоров начистоту никогда не бывало. Один родитель выступал в роли посредника. «Ты сделала маме больно», — говорил отец. Или: «Майке, мы не злимся на тебя. Мы просто разочарованы».
— Вы стали считать, что, если возникают разногласия, вы травмируете родителей и это может навредить вашим отношениям.
— Я знала, что существует грань, которую нельзя переступать.
— Вы должны оставаться ребенком. — Майке усвоила эту заповедь и трансформировала во внутреннюю установку, которая породила внутренний конфликт, а тот, в свою очередь, привел к психологическому кризису.
