– Да, но мы не контролируем степень достоверности сведений. Там заправляют русские, а они не хотят играть с нам в открытую. Где гарантии того, что на том конце канала не сидит ФСБ? Во время моей поездки в Москву, к которой вы меня побудили, милейший, и из-за которой я потом столько шишек получил, они мне буквально руки за спину заламывали, чтобы я обещал им за их информацию о террористах нашу лояльность по Чечне и помощь по кредитам. Они не понимают, просто не понимают, что мы в Германии, что мы зависим от правительства, а не оно от нас. А ведь сами ничего конкретного не сказали, – Баннинг снова начал раздражаться. Профессор, его аккуратная бородка, волосик к волосику, его очки в золотой оправе, слегка матовые, как тончайшие дольки лимона, злили начальника. Он не верил русским, он не мог понять их вывернутой наизнанку логики. Баннингу не были близки и вошедшие после Косово в моду выпады против союзников-американцев. Но в одном Ульрих Шефер был прав: денег ведомству выделялось по нынешним временам легкомысленно мало, и до тех пор, пока «зеленые» политики раскачаются и поймут, что Восток не так уж далеко от Запада, что, как занудствовал профессор, он уже почти там, где лежат Россия и Албания, им, БНД, нужно искать «интеллигентные», умные и дешевые способы работы.
– Вы представляете, какой поднимется скандал, если станет известно, что БНД использует таким образом прессу? Одно дело информанты, прослушивание…
– Не больший, чем когда террористы Назари или халифа Каплана взорвут редакцию «Франкфуртер Альгемайне», или, скажем, радиостанцию «Радио Германии».
– Сомневаюсь. А потом вы все видите в мрачном, очень мрачном свете. Пока же у нас нет никаких стопроцентных данных о планах Назари. Только косвенные сведения, возможно, прошедшие через руки ФСБ. Цели, мотивы? Сроки? Пути проникновения?
– Главная ошибка – это искать немецкую логику в мотивах Назари. С точки зрения этой логики его вообще не должно существовать, как и всех этих изощренных шахидов. Но они есть, и он есть. Можно спросить об этом у его бывших благодетелей из ЦРУ. Как говорят русские, Восток – дело тонкое. Взрыв посольства в Найроби готовился многие годы, легализация проводилась с тщательностью, достойной старого доброго абвера. Мы знаем от союзников, что Назари самолично посещал Косово. Благополучная Германия может стать его заложницей в следующей балканской войне. Мы-то с вами знаем, что такое это УЧК и зачем его тренируют и используют наши заокеанские менторы. Не знаю, сколько еще наши бюргеры будут верить, что наши егеря и впрямь способны навести порядок, защитить сербов и разоружить этих бандитов, но…
– Господин Шефер! Я попросил бы вас! Вы всегда можете подать в отставку и заняться политикой.
– Ах, оставьте. Вы не хуже меня понимаете, что я сейчас нужен как никогда. Больше, чем во времена холодной войны – но вы этого здесь не застали. Мы потеряли бдительность, к нам легче проникнуть, чем в любую другую страну НАТО. Мы просто лакомый кусочек для Назари. Вы правы – это политики могут думать, что фундаментальный ислам можно купить, приручить, примирить или воспитать, как шалуна в детском садике, но мы обязаны по-другому смотреть на вещи и готовиться к другому. Кесарю кесарево.
– Хорошо, – сник Баннинг. – Собственно, я и пригласил вас для того, чтобы вы срочно подготовили предложения. Нам нужны факты.
– Не стоит экономить на русских. У них есть факты, нам следует купить эти факты за их цену. Наш футболист скоро поедет встречаться с их дзюдоистом. Это самый простой с точки зрения технологии путь. Скупой платит дважды.
– Господин Шефер, я еще раз напоминаю: пока вы выполняете мои решения. Вы готовите предложения, а я уж выберу из них самое подходящее. Технически и политически. Мне нужны от вас факты, а не гипотезы. И не говорите, что у вас на это нет денег. У русских денег меньше, а вы утверждаете, что они располагают этими чертовыми фактами! У вас три дня, Шефер. Да, это еще не все. Почему убирают из Москвы эту Уту Гайст?
– Мы лишь простимулировали ее перевод, но идея исходила не от нас. Напоминаю, она – свободная журналистка свободной прессы. И для нас она – отработанный канал. Возможно, среди ее информантов есть и ФСБ, но через нее нам неудобно работать с ними, слишком много посредников. Но это уже технология, а на выходе важно, что она пошла по ложному кругу, ее сведения по «Хьюман Сенчури» стали расходиться с иным нашим источником. Но фонд – не предмет нашего интереса. Вы сами говорили, что нам не нужно слишком частое использование журналистов… – Шефер позволил себе улыбнуться. – Я и сотрудники моего отдела не забыли об этом. Я могу идти работать, господин Баннинг?
