– Кирьян, уважаемый, – Аскольд хотел положить руку на плечо коллеги, но тот нервно отстранился. – Понимаешь, как я могу это сделать?.. Как?!
– А почему никак?! – Охтин едва не перешел на крик. – Почему ты – уже четвертый раз "мистер", а я – ни разу?.. Прр! Не надо! Не надо мне гнать, что ты заслуживаешь, а я нет. Что я еще и двух годиков не качаюсь, а ты уже билдер-ветеран! Не надо!
– Ну, допустим, это – в третьих…
– Допустим. А во-первых что? – Кирилл, снова переходя на снисходительный крик, встал. Потряс перед лицом билдера пальцем: – А то, что тебе просто взападло – дать кому-то законно выиграть!
– Ну, во-первых, не мне. Во-вторых…
– Что?! Что во-вторых?! Незаконно? Иди-ка сюда.
Охтин подошел к зеркалу. Принял позу "двойной бицепс спереди".
– Да нет, – Аскольд похлопал коллегу по спине. – Во-вторых, повременить надо, Кирилушка. Да. Как ты сам смотришь – пришел билдер, и без году неделя вышел и всех убил? Тем болле, все знают, что миллионер, что много связей, что тренит в зале от "Паддинга"… А, Кирьян?
– Ну, ведь ни без году неделя. А, Конь?
Кононов, который уже собрался идти к гардеробу, резко обернулся.
– Кто-кто?
– Конь, – с ехидной усмешкой ответил Кирилл. – Конь Кононов, хи-хи.
– Слабый юмор, Кирьян.
Аскольд снова развернулся к шкафчику. Кирилл обогнал его. Сорвал с дверцы полотенце.
– Конь!
– Да ладно. – Кононов поймал летящее в него полотенце. Снисходительно похлопал друга по плечу: – Спокойно, коллега. Потребил тренболона больше дозы – будь человеком!
– А ты – потребил станозола больше дозы!
– Не станозола, а станозолола. И не больше дозы.
– Ну, примоболана ты потребляешь больше дозы!
– Да. Но, тем не менее, остаюсь человеком.
– Угу, человеком, – уже почти спокойно. – И намного более видным, чем я.
– Ну, виднее. – Аскольд ладонью сравнил свой рост с ростом Кирилла. – Да, почти на голову. Ну и что. Главное – эстетика. Знаешь, женщины любят эстетику и мозг. Те, кто кидаются на длинных и с погонами – тупые бабы. Да-да.
– Я не это имею в виду, Аскоша… Конь, введи меня к Гуманоиду. Я тоже буду работать. Я тоже должен быть реальным билдером. Я работаю! Как ты! И я должен. И все, что я должен, я буду отдавать! Я человек-слово!
Аскольд тяжело задумался. Посеменил у гардероба секунды три. Услышав скрип открывающейся двери, кивнул вошедшему парню. Сурово улыбнулся коллеге: – Кирилл, я тя прошу, будь человеком… – незаметно подмигнул, кивнул в сторону переодевающегося юноши, полушепотом сказал: – Апасля перетрем, угу?..
Кирилл, побагровевший от злости, притих и довольно улыбнулся уголками рта.
10
Расположившись на скамье Скотта, Михаил Манцуров взял штангу. Увидев боковым зрением приближающегося Вована, положил штангу на рычаги.
– Привет, Владимир Евгеньевич.
– Здрасьте, Михаил…
– Мих Михыч. Да ладно, можно – просто Миша. Что, хотел что-то спросить?
– Ну, да, – не сразу ответил юный бодибилдер, слегка недоумевая, почему Миша отворачивает лицо, не дожидаясь ответа. – Там, помните, два друга-грузчика… Или слесаря… Ну, помните, такие долговязые как я?..
– Чего ты меня выкаешь? Мне еще до пенсии половина пенсионного возраста.
Вован внутренне усмехнулся: Манцуров даже в шутках такой педантичный…
– Ну, помнишь, два…
– Помню, помню. Ближе к сути!..
– Ну, в общем, у них строится тренажерка. На работе. Прямо на заводе. Вот они хотели бы вас… тебя пригласить – вроде как нужен консультант, помочь грамотно обставить зал… Не подойдешь?
– Так я здесь. – Михаил перевел взгляд на Ивана с Яковом, крутящих педали велоэргометров. Небрежно махнул в их сторону: – Вот, и они меня видят. Или боятся подойти? Неужели я такой страшный?
– Ну, они шепчутся: он профи, на хрен мы ему вперлись…
– А, вот оно что, – бодибилдер с деланным сочувствием постучал пальцами по грифу. – Ну, это бывает. Это заблуждения-недоразумения. Счас исправим.
Подойдя к слесарям, которые по мере его приближения о чем-то украдкой шептались и замедляли ход своих велотренажеров, Манцуров с дежурной улыбкой поинтересовался: – Хотели меня видеть, ребята?
– Видели уже, – передразнивая Мишку, ответил Яков. – Трудно не заметить.
– Это у Яшки после выволочки плохое настроение, – с тревогой пояснил Иван. – Он недавно получил такой пропындос. Два дня отойти не может.
– Ну, кардио вам в помощь. Обращайтесь, если что.
Подождав, пока атлет отдалится на приличное расстояние, Яков метнул злобный взгляд на товарища: – А ты прям некий подхалим, Ванек!
– Да иди ты! Просто человек подошел, помочь хотел, а ты его отгоняешь. Как будто это он вот такой – подхалим позорный!
– Я его не отгоняю. Я наоборот, ему комплим делаю – что он огромный, мускулистый черт. А от выволочки я уже отошел. Да я в нее и не входил. Не, чё ты хихикаешь, я ведь на клинических дебилов не обижаюсь. Неприятно, это да. Но я ведь, знаю, что вины моей никакой – я ведь не обязан следить за шофером, чтобы масло залил, завел аккуратненько. Наши проблемы – чисто механические. Правильно?
– Правильно. А тренажерка – твое дело?
– Тренажерка – это мое личное дело. Я, знаешь, не хочу, чтобы на заводе было не пойми что. Надо грамотно обставить зал.
