Маленькая женщина, почти девочка, рыдала, ломая руки, стоя на коленях посреди грязной мостовой и большие слёзы катились по её щекам, смешивались с чужой кровью и падали на небритое лицо умирающего возлюбленного.
Вдруг послышался душераздирающий звук, похожий на вой гиен, незримо подстерегающих в ночи свою добычу.
«Это конец света», — сначала подумала Ангелика, — сейчас появятся всадники апокалипсиса». Но вместо всадников перед ней вдруг остановилась белая карета с красным крестом посередине. Девушка даже не обратила внимание на то, что карета была без лошадей.
«Тамплиеры — это хорошо. Рыцари храма Пресвятой Богородицы нам помогут», — была последняя мысль перед тем, как графская дочь лишилась чувств.
Палата хирургического отделения городской больницы купалась в ласковых лучах заходящего солнца. Антону сегодня первый раз разрешили свидание с родными и близкими. Смирнов лежал на ортопедической кровати в полусогнутом положении. Из-под расстёгнутой пижамной рубахи виднелась, перетянутая белыми бинтами, грудь. В палате больше не было ни одного пациента. Каждый день к Антону приходил следователь и подолгу допрашивал его. Особенно его интересовали Лыков и Ангелика. Вопросов про золото не было.
«Значит они ничего не нашли», — радостно подумал бывший рыцарь. Про Ангелику он сказал, что это его гражданская жена с диагнозом частичная амнезия. Документов у неё нет.
— Проверим, — покачивая лысой головой, промолвил полицейский, — а что же капитан Лыков?
— Он в меня стрелял. Больше я ничего не помню.
— Поищем, — опять проговорил следак.
Это было вчера.
От этих мыслей Смирнова отвлёк лёгкий скрип двери. На пороге стояла Ангелика. Антон не сразу узнал её. На девушке под белоснежным халатом проглядывался деловой костюм, состоящий из юбки и жакета лилового цвета. Присмотревшись повнимательнее, парень понял, что это одежда его матери.
Девушка бросилась к молодому человеку и осыпала его лицо поцелуями. Было заметно, что она боится прикасаться к больной груди раненого возлюбленного. Заметив его взгляд, Ангелика сказала:
— Ты не обиделся, что я надела костюм твоей матери? Я вынуждена была это сделать, потому что когда я носила свой старый наряд, все на улице почему — то оборачивались и показывали на меня пальцами. Пришлось попросить бабушку Клаву подобрать мне что-нибудь более современное.
— Нет, я наоборот очень рад, что на тебе костюм моей матери. Он тебе очень идёт. Но как же вы общаетесь?
Девушка смущённо улыбнулась:
— В основном жестами. Дед Трофим знает немного слов по — германски. Я же уже выучила несколько слов по-русски.
— Ну-ка скажи.
— Блини, — смешно произнесла Ангелика и громко рассмеялась.
Антон тоже улыбнулся.
— Как ты себя чувствуешь? — спохватилась очаровательная посетительница.
— Ты знаешь, просто повезло. Наверное, потому что ты была рядом. Одна дырка насквозь в лёгком, без задёва каких — либо важных органов. Другая, в плече — тоже очень удачно. Врачи говорят «в рубашке родился». А я думаю, потому что родился, чтобы любить тебя. Ну да ладно. Расскажи лучше, как у тебя всё сложилось, после того, как меня увезли в больницу.
— Да обычно, — легкомысленно ответила девушка, — приехали стражники в красивых одеждах, на красивой карете без лошадей. Я гляжу, у вас тут не принято ездить на лошадях. Забрали меня в тюрьму. Тюрьма, как тюрьма. Только кормили плохо. О чём — то меня спрашивали. Я ничего не понимала. Они ничего не понимали. Привели какого — то старичка, который, на очень плохом германском, принялся переводить. После того, как я принялась рассказывать про свою прежнюю жизнь, лица у них вытянулись, и меня перестали спрашивать. Через два дня пришёл некто, дед Трофим. И забрал меня. Кто он такой я понятия не имела.
При этих словах Антон загадочно улыбнулся.
Женщина продолжила:
— Он сказал, что я твоя гражданская жена. Что это такое я понятия не имею. Наверное, я теперь твоя наложница?
— Ты моя любимая, — Смирнов приобнял здоровой рукой девушку и зарылся лицом в её белокурые волосы.
— Что же теперь будет?
— Всё будет хорошо. Проверят тебя на предмет гражданства в других странах, и выдадут временное удостоверение личности. Жить у тебя есть где. Подучишь язык. И будем мы с тобой жить — поживать, да детишек наживать.
Ангелика покраснела и, чтобы Антон не видел этого, прижала голову к груди любимого.
— А ещё ответь мне на один вопрос. Ты представляешь, как выглядит золото весом в двести марок? — Антон не мог сдержать самодовольной улыбки.
При этих словах, от неожиданности графская дочь аж отпрянула от его груди:
— О, это огромная куча денег! А почему ты об этом спросил?
— Потому, что она у нас есть, — засмеялся Смирнов и опять крепко прижал девушку к себе.
