Кай из рода красных драконов полностью

Мальчишке с такими ногами было не больше тринадцати-пятнадцати лет. Этакий подросток, но не заматеревший ещё, а едва начинающий борзеть.

Ойгона, однако, занимали совсем не мои детские ноги. Он взялся разматывать тканевую повязку на груди.

Майа тоже приблизилась. Это она ухаживала за моими ранами и перевязывала их.

— На рёбрах — следы от когтей, — сказал Ойгон, убрав пропитанную маслом ткань. — Но это не барс, а дракон или очень крупный медведь. А рана, что на левой груди — нанесена мечом. И тот, кто нанёс удар — метил в сердце. Лезвие ровно вошло между рёбер. Так почему же ты жив?

Старший брат уставился на меня с подозрением.

Я молчал — мне было плохо видно, что там за раны. Косился, силился разглядеть — но боль и полутьма не давали.

Шаманка тихонечко засмеялась, и Ойгон обернулся.

— Ты что, не видал тех, у кого сердце справа? — спросила она.

Ойгон помотал головой.

— Вот и тот, кто бил мечом — не видал, — сказала шаманка, поднимаясь с земляного пола. — Это был сильный колдун. Он хотел не просто убить, а выгнать душу из тела. Воин остался жив, но потерял себя. Даже чёрный шаман не станет делать такого зла.

— Значит, этот парень точно сражался на нашей стороне! — сделал вывод Ойгон. — Только в войске терия Вердена есть колдуны, способные вырвать душу. Но Тенгри, не дал совершиться несправедливости, и тело приняло душу другого воина. Раны заживут, и он отомстит.

— Месть — дело дурное, — не согласилась Майа. — Мог ли Тенгри?..

— Если колдун сумел вырвать душу, так ли дурна будет месть? — Ойгон повернулся к шаманке.

Та кивнула:

— Если Тенгри даст этому воину сил излечиться от ран — он станет орудием не мести, а неба.

— Тенгри даст ему дорогу неба? — удивился Темир.

Шаманка только усмехнулась молча.

— Но сначала в наш аил придут найманы терия Вердена, — покачал головой Ойгон. — Они увидят на его груди рану от меча. И убьют его!

— Так помоги? — Шаманка сняла с пояса и протянула старшему брату «медвежью лапу».

Кожа с передней лапы медведя была тщательно выделана так, что надевалась на руку, словно перчатка. А вместо когтей торчали пять огромных медвежьих клыков.

Раны, что нанёс мне Ойгон медвежьей лапой, чтобы замаскировать следы драконьих когтей, окончательно примирили братьев с моим появлением в материнском аиле.

Не закричать от боли стоило мне большого труда. Но Ойгон с Темиром убедились — я воин. По большому счёту — так оно и было.

Майа боялась, что у меня снова начнётся горячка, но рука у Ойгона оказалась лёгкой. Утром мне хуже не стало. А ещё через день — раны схватились и уже не болели так сильно.

Воины терия Вердена появились три дня спустя.

Утром, когда Майа убежала надоить для меня молока, они целой бандой свалились в деревню с неба.

Дверь в аил была откинута, чтобы внутрь шёл свет. Через дыру я немного видел то, что происходило на улице. Заметил и незваных гостей. Да они и не скрывались.

Те найманы, которых отправили в нижний мир мои названые братья-барсы, были пешими воинами. И ранг у них в оттоне — дюжине дюжин — был самый низкий. И вот теперь злые духи принесли волчьих всадников.

Откуда я знал про оттон и всадников, летающих на волках? Так Майа вечерами много рассказывала мне и о местной жизни, и о завоевателях.

Сами себя они называли вайгальцами. Теми, кого «как песок, несёт теченье реки».

Терий Верден был у них кем-то вроде наместника. А правил вайгальцами Страшноликий император. Он постоянно носил маску, скрывая эту самую страшноликость. А может — просто маскировался, чтобы вовремя удрать от «любящих» подданных, если они взбунтуются.

Пришли вайгальцы с юга. Постепенно заселили Скалистый край, граничащий с долиной Эрлу.

Долина считалась местом сакральным. Она лежала на пути к Огненному перевалу и загадочной Белой горе. Там юноши всех окрестных племён впадали в магический сон, проходили воинское посвящение и получали своё первое оружие.

Князь Юри пропускал караваны к Огненному перевалу и неофитов к Белой горе, с того и кормился.

Его армия охраняла вход в долину и поселение вокруг крепости. А опасную горную тропу к перевалу патрулировали вольные воины из родов барса, медведя и волка.