— Ты чьи приказы слушаешь, хромое отребье⁈ — разозлился Наяд. — А ну — марш! Все живо — к Белой горе! Туда едет сам император! Я должен предупредить терия Вердена, а я тут с тобой, дураком, вожусь!
И Наяд замахнулся со злостью, чтобы ударить хромого дюжинного.
Йорд не захотел, чтобы его били.
Он шагнул в бок — вот для него-то не прошли даром занятия с Каем — перехватил руку командующего и… швырнул его на землю, как мальчишку!
Воины, сопровождавшие Наяда, прямо-таки остолбенели от этой дерзости. А их начальник подскочил, выхватил меч и как взялся рубить Йорда!
Ну и тот тоже меч выхватил! И тоже давай рубиться!
Тут уже все юные всадники, до этого кое-как направляемые Вигрой, побросали занятия и уставились на дерущихся мужчин.
Меч у Наяда был длиннее, а сам он не хромал, но Йорд не уступал ему в скорости. А уже финтам мог бы и поучить.
Сталь звенела. Мальчишки смотрели во все глаза: их учитель не уступал одному из лучших воинов Вайги!
Однако Наяд, быстро сообразив, что наказать дерзкого своими руками не выйдет, схватился за амулет, и синий дым окутал Йорда, заставив его закричать от боли и выронить меч.
— Схватить его! — велел Наяд своим всадникам. — И башку долой! Тут же! Некогда мне с ним тут возиться! Мальчишек поведёшь ты! — И он указал на одного из воинов.
Найман, которому было приказано зарубить неподвижного Йорда, выхватил меч.
Истэчи потянулся за луком, быстро налаживая тетиву.
Он понимал: ещё пара мгновений — и целиться будет сложнее. Потому медлить не стал — открыл ногой дверь аила и успел выпустить четыре стрелы, пока всадники Наяда не сообразили, что происходит, и не сгруппировались, ощетинившись мечами.
Одну стрелу Истэчи первый всадник успел отбить, но вторая попала ему в шею. Третья угодила в глазницу его соседа, а четвёртая — вспыхнула и сгорела, ударившись о нагрудник доспеха.
Доспех, защищённый магией, выдержал стрелу. А вот шеи и головы воинов оказались не такими крепкими.
— Однако — теперь десять осталось, — сказал Истэчи, накладывая на тетиву пятую стрелу. Он обещал Каю практиковаться в счёте.
Да, мечником он был плохим, но охотником-то отменным. Зачем доставать меч, когда готовил к походу стрелы?
Наяд выкрикнул команду и замахнулся мечом на всё ещё скованного волшебным дымом Йорда.
Однако Шасти уже скатала в пальцах сияющий шар.
Бац! Молния влетела Наяду прямо в лоб и разорвалась, пожирая магическую защиту его доспеха, сразу вспыхнувшую алым.
И тут же из соседней юрты вылетело ещё несколько стрел, а следом выскочили воины Айнура с мечами наголо.
Найманы кинулись к ним, сминая и расшвыривая мальчишек.
Юные всадники растерялись, не понимали, что делать. Но когда волк одного из найманов с рычанием бросился защищать хозяина, и на пути у него оказались самые мелкие — Багай выхватил меч.
Огромный зверь нёсся прямо на него! Младшие заверещали как зайцы и вытащили свои учебные мечи, стальных хватило не всем.
В том, что волк полез в драку, ничего необычного не было — такое случается, когда всадник и его зверь сильно привязаны друг к другу. А вот потом произошло то, чего Истэчи ещё никогда не видел.
От испуганных криков мальчишек пришла в движение вся стая здешних лагерных волков, что мирно лежали на огороженной камнями площадке. Они с рёвом кинулись на пришельцев.
Началась куча мала — волки, найманы, мечники Айнура…
На найманах были отличные доспехи, защищённые магией. А их глава, Наяд, имел и хорошие защитные амулеты. Но пришельцев было слишком мало.
Их буквально снесли, смяли. Только сам Наяд ещё держался, но Айнур уже перебросил Вигре драконий меч, а Шасти раз за разом всё удачнее посылала молнии, истощая защитные амулеты всадника.
Наяд был хорошим мечником, может, Вигра и не сумел бы его зарубить.
Но и Йорд не был совершенно повержен. Он получил передышку и пришёл в себя.
— Дай я! — крикнул он Вигре, бросаясь на помощь.
— Предатель! — взревел Наяд, замахиваясь на своего бывшего дюжинного.
— Это я-то предатель? — закричал Йорд. — Это ты обманом заставил меня сражаться за чужую землю! Я хочу, чтобы люди росли к небу, а не в черноту Эрлика! Иди туда сам! По волосяному мосту!
Шасти скатала здоровенный шар и швырнула в Наяда. Его доспех полыхнул и погас.
И следующий удар Йорда разрубил его, как скорлупу яйца!
Наяд покачнулся, его тело вспыхнуло чёрным огнём и выгорело, оставив на траве кучку пепла.
Чёрный дракон заревел, распахнул крылья и взвился в небо, оглашая долину реки Кадын жалобными криками.
— Ровно дюжина и один, — сказал Истэчи. — Хорошо. Только теперь всем надо уходить быстро-быстро. А то скоро колдуны прилетят. Плохо.
— Идём к Белой горе! — заорал Айнур. — На помощь Каю!
Истэчи не стал спорить. Теперь им больше и идти было некуда — или они погибнут все вместе — или победят.
Охотники — особый род людей. Я не совсем уверен, но кажется, что нервов у них в обычном понимании нет вообще.
