О да, ради такого первого раза можно было и подождать. Толчки все убыстрялись, проникновения становились глубже и сильнее, темп увеличился до максимального. Глаза в глаза, и тяжелое дыхание – одно на двоих. Андрей словно мощным поршнем накачивал меня удовольствием, удерживая практически на весу мои бедра. Ощущения зашкаливали. С каждым его новым движениям в моем теле меня окатывало то жаром, то холодом. А тут еще любознательный Митька пришел в себя, подполз к нам и, положив голову мне на живот, начал изучать место нашей с Андреем «стыковки». Разглядывал, щупал, гладил, сжимал. А когда его шаловливые пальчики прошлись по моей промежности, лаская через мое тело ствол Андрея, а губы прикоснулись к головке моего члена, я провалился в оглушительный, феерический оргазм. И снова умер! Или взлетел! Не знаю. Счастливой аморфной медузой я растекся по кровати, как сквозь вату слушая рычание и мат кончающего вместе со мной Андрея, ласково-пошлый шепот обляпанного моим семенем Митьки, считал лопающиеся перед глазами огненные пузыри и тонул в тягучих волнах наслаждения.
- Ты как? – спросил я Митьку, когда смог собрать себя в кучку.
Мы валялись на сбитой постели, натруженными жопками кверху, и смотрели друг на друга. Андрей звенел на кухне стаканами и хлопал дверцей холодильника в поисках минералки, обещанной умирающим от жажды нам.
- Больно! – закатил синие глаза братишка и довольно заулыбался.
- А что тогда лыбишься, как придурок? – вслед за ним и я расплылся в счастливой улыбке.
- Так оно того стоило! – сытым мартовским котом жмурился Митька.
- Согласен! Оно того стоило!
Приятные воспоминания горячей волной опалили щеки и уши, а тут еще и голый Андрей ввалился в комнату и ловко упал между нами на кровать. Открутил крышку, налил в два стакана воды и протянул нам с братом живительную влагу. Отпил сам из бутылки, убрал все на тумбочку и собственнически притянул нас к себе.
- Все живы?! – заботливо спросил, целуя поочередно в макушки.
- Угу! – промычал млеющий от нехитрой ласки Митька, утыкаясь куда-то Андрею подмышку. А я просто полез целоваться. Минут десять мы увлеченно ласкались, деля удовольствие на троих, с присоединившимся к общему безобразию Митькой, а потом Андрей простонал, хитро прищурившись и тиская наши задницы:
- Котята! Наверное, хватит пока... Или попки у вас уже не болят?! И вы готовы к продолжению?
- Готовы! – подскочил Митька и тут же скривился, охнул и упал обратно на грудь Андрея, вызывая наши понимающие улыбки.
- Позже, котенок, позже. – Поклялся наш мужчина, ласково и невинно поцеловал нас в сморщенные носы, и послал ... в душ.
Вечерняя развлекательная программа еще не закончилась, нас ждал вкусный, приготовленный умелыми руками Андрея ужин и бессонная, сладкая ночь в одной постели. Ой! Хорошо-то как, господи!
Андрей
Я смотрел в окно. Зимнее скупое солнце только поднималось, приветствуя новый день. Пустой, безлюдный двор искрился свежим снегом. У желтого, радостного автомобильчика крутились мои парни, стряхивали с крыши снег и восторженно улыбались, косясь на мои окна. Им пора было домой. Вот как так! Я же уже скучал. Но они обещали вернуться. В мой дом. Ко мне.
Мои! Котята! Мальчишки, перевернувшие мою жизнь, подарившие мне счастье и радость, отдающие мне себя без остатка и каких-либо условий и ничего не требующие взамен. За них я готов был умереть, с ними я не боялся никого и ничего. Ни осуждения, ни брезгливости, ни обвинений или презрения. Мы были вместе. И теперь навсегда.
Вот только какая-то тревожная мысль крутилась в моей голове, пытаясь пробиться к моему сознанию через туман сумасшедшей влюбленности. Но прислушаться к интуиции и задуматься не хотелось, и искать причины беспокойства я сейчас был не готов, надеясь на незначительность и ничтожность всплывающей в мозгах проблемы.
Как же я тогда ошибался!
====== Глава 7 ======
Андрей
Почти два месяца пролетели, словно один волшебный день. Еще никогда в жизни я не был так счастлив. Я любил. Я был любим. Сомнений в этом у меня не было. И красивые слова признаний мне были не нужны, достаточно было увидеть загорающиеся радостью при виде меня глаза рыжиков или поймать подаренные ими улыбки. На работу, утром, я практически летел, ведь в универе меня всюду сопровождали обжигающие, нескромные и многозначительные взгляды двух маленьких бесенят. А вечером, как лось во время весеннего гона, я ломился домой, потому что там меня уже ждал обещанный синими глазами рай. Сумасшедшие и упоительные вечера в обществе любимых.
Мне пели песни и играли для меня на гитаре.
Меня рисовали карандашом и красками. Писали с меня портреты и порнокомиксы.
Я помогал братьям в учебе и разминал их затекшие от долгого сидения за учебниками и компом мышцы. Легкий массаж, почти всегда переходящий в нелегкие горизонтальные развлечения.
Они разрисовывали мое тело взбитыми сливками и растопленным шоколадом, а потом медленно слизывали сладкие узоры, повторяя ловкими язычками каждый штрих и завиток. Идея – Витьки, оформление моего тела – Митьки, удаление рисунков в исполнении обоих.
