А я трахал их, нет – любил. До сорванных голосов, до звенящей пустоты в голове и сбитого в хрипы дыхания.
С близнецами я чувствовал себя живым. Сильным, неутомимым и всемогущим. Желанным. Сексуальным. Маньяком, повернутым на рыжих вихрах, синих глазах, упругих попках и двух идентичных родинках... на любимых животиках.
Я был счастлив. Пока.
Первый мартовский день пах весной. Яркое, но еще несмелое солнышко уже начинало топить сугробы, превращая дороги в грязную снежную кашу. Я собирался домой, предвкушая еще один чудесный вечер, когда меня остановил звонок Рустама.
- Привет, Андрей! У нас новый заказ. – От восторга акцент нашего «хитрого татарина» становился особенно заметным. – Медиа-холдинг «Пирамида».
- Привет! Хороший заказ. Шикарный клиент. – Одобрил я, переключая мозг в режим «Работа». – Перспективный и интересный.
- Да. – Не унимался Рустамка. – Если сработаем на «отлично», можем рассчитывать на очень неплохой гонорар. А у меня скоро третий малыш родится. Деньги нужны.
- Поздравляю, – искренне обрадовался за друга я, – на заказ согласен. Когда с ребятами встречаемся? И где входящие данные?
- Тут такая ситуация, – начал вдруг мямлить наш главный договорник, – заказчик хочет сам встретиться и пообщаться со всеми сотрудниками «БАРСа». Поэтому общая встреча завтра, в главном офисе холдинга, в шесть вечера.
- Ок! Я буду!
Ну что же! Любовь любовью, а работа – работой.
Следующим вечером, предупредив своих озорников, чтобы не волновались, я парковался у бетонно-стеклянного монстра, центрального офиса «Пирамиды». В холле меня уже ждали Боня и Рустам.
- Серёга не приедет, у него какие-то важные профилактические работы на сервере. – Отрапортовал Рустамка и повел нас к стойке ресепшена.
Получив временные пропуска и прокатившись во внешнем стеклянном лифте до самого последнего этажа, мы живописной, экстравагантной шайкой, даже не заметив призывные томные взгляды и не оценив длину ног роскошной секретарши, вплыли в зал заседаний. Мелкий, длинноволосый, безумно красивый гей-интеллектуал Бронислав. Смуглый, коренастый, с хитрыми раскосыми глазами, слегка кривоногий и глубоко женатый татарин в тюбетейке – Рустам. И я – породистый статный альфа-самец, с «голубым» отливом. Было на что посмотреть.
Нас ждали. Трое холеных, дорогих мужиков вальяжно расположились в удобных креслах вокруг длинного стола.
- Добрый вечер! – начал я беседу и бодро продекламировал имиджевый текст, забирая инициативу у Рустама. – Компания «БАРС» – экономическая безопасность, анализ внутренней финансовой, коммерческой и кадровой ситуации на предприятии, выявление внешних причин, угроз и воздействий, а также эффективные предложения по решению обнаруженных проблем.
- Очень приятно, – официально кивнул мне сухощавый интеллигент с хищным профилем. – Меня зовут Максимов Сергей Петрович. Владелец, учредитель и генеральный директор медиа-холдинга «Пирамида».
- Захаров Андрей Николаевич, руководитель и главный аналитик компании, – в ответ представился я, – Бронислав Радкевич, математический анализ и бухгалтерия, а также Рустам Сулейманов – наш администратор, менеджер и управленец.
Я посмотрел в сторону друзей. Парни вежливо кивнули.
- Вороновский Сергей, компьютерное и информационное обеспечение – сейчас отсутствует. С ним Вы сможете познакомиться позже.
- Хорошо, – Сергей Петрович расплылся в дежурной улыбке, – представлю и своих компаньонов. Жуков Анатолий Иванович – мой соучредитель и заместитель по общим вопросам.
Указал он на плотного брюнета в стильных очках.
- И наш соратник, идейный вдохновитель и просто хороший друг, – повернул голову в сторону крупного ухоженного рыжеватого блондина владелец холдинга, – Гессон Александр Викторович.
Ух ты! Удар цементного мешка из-за угла по сравнению с испытанным мной шоком стал бы сейчас просто ласковым подзатыльником. Гессон Александр Викторович – отец моих котят.
Я поднял глаза и встретился с мертвым, страшным взглядом родителя рыжиков. И тут же поймал ту тревожную, давно не дающую мне покоя мысль. Слишком заметный автомобиль. Слишком известные братья-близнецы, сыновья слишком знаменитого в городе человека. Серьезного, непростого и смертельно опасного. Который ЗНАЛ. Знал о них, знал обо мне. Знал все. Хотя вины за собой я и не чувствовал, густая тягучая волна паники накрыла с головой, но надо было держать лицо, очень многое сейчас от этого зависело.
Беседа неспешно текла. Господин Максимов уверенно и почти незаметно протестировал каждого из нас на профпригодность и ненавязчиво узнал о нашей личной и трудовой жизни. Я что-то авторитетно отвечал, натянуто улыбался и даже острил. Гессон-старший молчал с каменным лицом и не сводил с меня пустых глаз. Как-то быстро и незаметно моя паника сменилась злостью, и я ответил ему открытым и твердым взглядом, гневно раздувая ноздри и «показывая клыки». Мы минут пять ломали друг друга взглядами, пытаясь найти у противника слабину. Сдаваться он не хотел, а я не мог. А потом господин Гессон нехорошо ухмыльнулся, грозно блеснул чем-то жутким в глубине глаз и, извинившись, покинул нашу теплую компанию.
