Так. Похоже, братишкам надоело ждать, и сегодня они все-таки решили атаковать «мое величество» по всем фронтам. Ну, так разве же я против? Мои планы они не нарушили, а наши желания на сегодняшний вечер (и, как выяснилось, ещё и ночь) волшебным образом совпали. Но вот инициативу надо было брать в свои руки, а то с забавами и шалостями этих юных энтузиастов я рискую преждевременно поседеть или сойти с ума. Главное – помнить главное: сперва – они, потом – я. Боньке – респект!
- Отлично! – выдохнул я, даже не подумав пожурить близнецов за бессовестное вранье предкам. – Значит, ужин подождет.
Удобнее перехватив под задницу Митьку и цапнув Витьку за руку, я поволок свое двойное счастье в спальню, осуществлять нашу общую мечту.
Сгрузив на кровать присосавшуюся к моей шее жадным поцелуем ношу и подтолкнув легким шлепком по филею в том же направление второго близнеца, я встал, гордо выпрямившись в изножье кровати, и начал, глядя на своих парней сверху вниз и многообещающе улыбаясь, медленно расстегивать ремень на штанах. Митька, привстав на локтях, оценивающим взглядом окинул антураж комнаты, меня и... всё понял.
- Это значит «Да!», – радостно пискнул он.
- О, да! – не стал разочаровывать его я и расстегнул пуговицу на джинсах.
- Витька! – младшенький моментально скинул с себя джемпер и полез к растерявшемуся брату, чтобы помочь раздеться. – Ну, давай же, не тормози! Вдруг передумает!
Тратить время и доказывать парням, что не передумаю, я не стал. Просто снял штаны и «крупным планом» продемонстрировал близнецам, явно несколько шокированным моим сегодняшним поведением, свои намерения и желания. Митька времени зря тоже не терял и уже давно сверкал розовыми ягодицами и торопливо пытался стащить джинсы с несопротивляющегося, глупо улыбающегося и не спускающего голодного взгляда с моего паха Витьки. Признаю, это льстило. Очень льстило. Меня еще никто и никогда не разглядывал так... С восхищением, нетерпением и жадностью. Многообещающий хищный взгляд синих глаз опалил тело, словно зноем, а собственное возбуждение начало крошить мозг, требуя преступить уже к главному блюду.
Не в силах терпеть эту пытку, я, жадно урча, как огромный кот, забрался на кровать и крадучись приблизился к ним, к своим милым, сладким котятам, совершенно голеньким и вкусненьким. Моим, только моим. Возбуждение и нетерпение моих любопытных котят было до ужаса заразительным, и я сам заново и с упоением принялся за интереснейшее занятие – вылизывание, выцеловывание и покусывание попадающиеся мне по пути участков сладких тел. Они ластились ко мне, прижимались, целовались и тихонько царапались, раззадоривая и себя и меня.
Поцеловав подрагивающие от нетерпения животы, языком очертил любимые родинки. Да! У меня появился фетиш! Родинки – это изысканное украшение на нежной бархатной коже моих солнечных рыжиков. Добрался до сосков, щекой прочувствовал грохот бешено бьющихся сердец, обласкал ключицы и горячо задышал в ушки:
- Хочу вас! До безумия! До конца!
- Да, Андрей! – стонал подо мной Митька. – До конца!
А Витька просто потянулся ладонью к моему ноющему паху. Озорные пальчики я поймал и, поднеся к губам, поцеловал.
- Не надо, котенок. Не сейчас, – прошептал, снова блуждая руками по горячей коже. – Мы же не хотим, чтобы все закончилось, так и не начавшись. Сегодня всё только для вас.
Легко сказать, но как же это непросто сделать! Забыть о себе, о мешающих трезво мыслить инстинктах и отдать всего себя им, любимым и желанным. Дарить нежность и ласку, не замечая собственного болезненного напряжения в паху и выворачивающихся от возбуждения наизнанку мышц.
- Пусть первым Митька будет, – выдохнул мне в губы Витя, – он слишком долго ждал. Ему это надо!
- А ты? – спросил я у заботливого брата.
- А я еще могу подождать. Немножко. – Спрятал он лукавые глазки и мило покраснел.
- Хорошо, – выдохнул я, облизываясь в предвкушении. – Тогда помоги мне.
- Конечно, – согласно закивал старший близнец, выдавливая мне на пальцы смазку и разрывая пакетик с презервативом. Умничка мой!
Прижавшись к спине уже почти ничего не соображающего Митьки, я скользнул пальцами к манящей ложбинке между его упругих ягодиц. Спасибо, Боня! За науку!
- Готов?! – промурлыкал я на ухо замершему Мите, осторожно цепляя зубами мочку.
- Готов! – прохрипел парень, плотнее прижимаясь задницей к моей ладони.
Митька не соврал! Тугие мышцы были хорошо смазаны ещё до меня и довольно легко пропустили внутрь горячего тела мои дрожащие пальцы. И я увлекся. Увлекся исследованием вверенной мне территории, отстранённо отмечая про себя, что куда-то пропала моя брезгливость. Да и чем там брезговать? Мои мальчики действительно помогли мне и себе и серьезно подготовились к сегодняшней «встрече с прекрасным». Я даже не сомневался, что и Витькина попка была так же тщательно растянута и смазана. А я же проверю. Обязательно проверю. Только чуть позже.
