После летних каникул я возвратился домой из Чухур-Юрта за несколько дней до начала занятий в школе. Меня удивило некое столпотворение вокруг нашего дома: у подъезда стояло несколько машин, какой-то разукрашенный то ли фаэтон, то ли открытая карета, множество разодетых нарядных людей, всюду слышалась музыка, разговоры, хлопанье в ладоши, а со двора доносились приглушённые барабанные ритмы и звучание кларнета.
В этот день у наших соседей с первого этажа праздновалась свадьба.
В несколько ходок, пробираясь среди гостей, я доставил три большие корзины с фруктами, которые прислал дядя Жора, на четвертый этаж. Среди этих фруктов, была корзина со спелым, свежим инжиром. Завтра ко мне должны были прийти друзья-однокашники, двое из которых гостили этим летом несколько дней вместе со мной в Чухур-Юрте, и дядя Жора послал этот инжир с лучшего дерева как напоминание об их пребывании там и в благодарность за помощь, оказанную ими в уходе за нашим садом.
Я расскажу еще немного поподробней об инжире, потому что большинство жителей российской средней полосы не знают, что такое инжир. Это очень нежный капризный фрукт, не терпящий транспортировки. Оценить его вкусовые достоинства можно только сорвав его с дерева спелым. Полежав сутки, он делается еще слаще и вкуснее. А еще какое-то время спустя он делается очень мягким и мокрым. Упав на пол, он превращается в жидкую лепешку. Он бывает светло-жёлтого цвета и разных темных оттенков. В городе на рынках его продавали много, но выбрать его надо тоже умеючи; если покупать слишком спелый, можно не донести до дома – он превратится в жидкую, мокрую массу, а если выбирать зеленый, он может таким и остаться, т.к. собран недоспелым. Вот такая капризная эта фруктина …
А тот инжир, громадных размеров с каким-то фиолетовым, светло-коричневым оттенком, который продается в наших современных магазинах, ничего общего не имеет с инжиром. Скорее всего – это генномодифицированное изделие, сдобренное химическими составами, чтобы не портилось.
Я был горд, что доставил свой фруктовый груз в хорошем состоянии, и мы с мамой перебрали его, устроили и оставили до завтра. Я очень устал за этот день: сборы, погрузка, тяжелый путь по твердым каменистым дорогам, поэтому добравшись до постели, я сразу же окунулся в сладкий сон.
Те 120-130 км, которые мы проделали за 6 часов, были очень тяжелые и опасные – постоянная тряска, тело бросает в разные стороны, надо цепляться руками и ногами за все, что находится рядом. Большинство людей после такой поездки жаловались, что у них на следующий день болят все мышцы и суставы, как от тяжелой работы. На некоторых горных участках приходилось долго ждать, когда проедет встречная машина, т.к. по этой тропе (назвать ее дорогой язык не поворачивается) могла проехать только одна машина.
А для меня во сне звучала свадебная музыка, и я ехал на трясущейся машине, вцепившись в поручень передо мной и думал – почему в горах играет музыка? Машина ныряла вниз на спусках, на подъемах натужно ревел мотор, из-под колес сыпались камни, а мне глядя сверху на серпантин, который мы преодолевали, казалось, что мы не едем, а парим над этими горными ущельями. Когда мы стали преодолевать очень опасный поворот, я понял, что уже не сплю, а лежу дома в своей постели, и музыку, слышимую мной во сне, издает наш дом.
Было 4 часа утра. Свадебное веселье продолжалось… Некоторые стекла открытых окон гудели в унисон со звуками кларнета и флейты и это гудение, перекликаясь с ритмами барабана, создавала иллюзию, что я все еду и еду куда-то. Так, просыпаясь и снова окунаясь в беспокойный и тревожный сон, я провел ночь.
Я сквозь сон попытался злиться на музыкантов, которые нарушили мой покой, но полусонная дрёма не отпускала меня, и музыка, удаляясь всё дальше и дальше, стала постепенно затихать. А вот уже и усталость берёт своё – сладкий сон продолжился.
Проснувшись утром после моего приезда из Чухур-Юрта, впереди у меня был очень насыщенный и интересный день. Наладив велосипед, мы совершили с друзьями поездку вокруг города. Потом, собравшись у меня, мы обсуждали разные городские и школьные новости: через год, в 1954 г. должна состояться Всесоюзная спартакиада школьников, я – кандидат в сборную команду по баскетболу, Даньшин установил рекорд Союза среди школьников по прыжкам в длину, Мишу Григоряна оставляли на второй год, но т.к. он готовился к этой спартакиаде, его без переэкзаменовок перевели в следующий класс (кстати, потом он стал чемпионом в каком-то легчайшем весе), с этого учебного года мы будем учиться вместе с девочками и т.д. и т.п. разные интересные и приятные новости.
С работы пришла мама: мы поужинали, но никак не могли наговориться, а поздно вечером к нам заглянул Павел. Я уже упоминал, что Павел после Польши служил в составе подразделения Смерш, на линии раздела освобожденных районов нашей страны с территорией не захваченной врагом.
