Если недавно пропал ключ от столярной мастерской и его только назавтра нашли дежурные мальчики младшего класса, – можете себе представить, сколько раз за день пропадали ключи год назад. Если и сейчас еще Монтляк может швырнуть деревянные сабо для купания и разбить окно, – надо ли рассказывать, чтó творилось год назад! Если и сегодня мальчики бросают под стол яблочные огрызки, а на клеенке оставляют картофельную кожуру, – что ж тогда в доме творилось? Если и сегодня Олек, вместо того чтобы от мастера идти прямо домой, продает на улице газеты, а за дверью стоят аж трое мальчиков, которых выставили из класса, – сами понимаете, дорогие читатели, сколько жалоб поступало на детей раньше – из швейной мастерской, из школы, из прачечной, с кухни, со двора и с улицы.
Вчера мальчики поругались с девочками из-за серого мыла.
– Дайте нам мыла.
– Не дадим.
– Это общее мыло.
– Мы вам завтра дадим, а сегодня – нет.
– Тогда мы будем не виноваты, если плохо вымоемся.
– У вас все равно всегда грязно.
– Ничего подобного, это у вас грязно, неряхи!
– Сами вы неряхи!
А год назад? О, год назад было гораздо хуже.
– Отдай, это наша щетка.
– Нет, наша.
– Врешь, вот видишь, здесь пятнышко – наша это!
– Врунишка! Вот видишь, здесь зарубка – наша!
В результате – возня и драка. Подзатыльники, тычки, вопли, слезы, крики о помощи.
– Панна Стефа, а мальчики то… Пан доктор, а девочки это…
А как тогда полы натирали неумело: один ляжет пузом на сукно, а двое тянут его за ноги… Двери Движок побелкой намазал – и вся краска слезла… Таз разбили, банку рыбьего жира разлили, телефон испортили, а еще вьюшку закрыли – и весь дом погрузился в тучи дыма и копоти.
– Никогда тут порядка не будет! – в отчаянии твердила Дора.
– Лучше уж умереть! – восклицала Маля.
И в самом деле, просто ужас творился.
О, насколько счастливее мы жили в деревне Лапигрош, отчего эти времена миновали столь безвозвратно?
Там не хочешь ничего делать – дашь другому булку или яйцо, и он всё за тебя сделает. Голод замучает – принесешь кухарке два ведра воды, она сунет тебе ломоть хлеба; поклянчишь еще – мал, мол! – добавит, ласково приговаривая: «На уж, подавись, обжора».
Стоило ли мечтать, спешить в Варшаву?..
Один дурацкий телефон на весь дом, причем в канцелярии; возьмешь трубку – заругают. Лифт вовсе не для людей, а для посуды из кухни; захочешь покататься – опять заругают. Электрические лампы, правда, красивые… и смешные, щелкнешь выключателем – сразу загораются; но попробуй пощелкай – за уши оттаскают.
– Лучше умереть! – восклицала огорченная Маля.
– Никогда тут порядка не будет!
Пропадали щетки, терялись ключи, путались тряпки.
Едва кто-нибудь приберется или что-то сделает, смотришь – уже разочаровался.
– Я плохо убрала, у меня не получается, не стану больше.
– Не нравится, как я шью, – ну и пожалуйста, не буду больше.
Одна вымыла дверь, другая тряпкой натерла до блеска ручки, а саму дверь испачкала. Третья стекло протерла – ручки заляпала. Снова ссора.
– Я не хочу быть дежурной по ручкам.
– Пускай теперь она моет, раз испачкала.
А когда Доре удалось все убрать самой, она закрыла дверь на ключ и никого не пускала: ни за какие коврижки – войдут и все испортят!
– Но ведь урок, что же ты их в класс не пускаешь?
– А мне какое дело?
– Детям надо учиться.
– В этом классе нельзя учиться, он чистый.
Иногда для одной работы требуются двое.
– Не хочу с ним дежурить, я на него сердита.
Стоит ли удивляться, что Дора печально качала головой, предрекая фиаско:
– Не будет в этом доме порядка.
А Маля, которая отличается тем, что всегда оказывается там, где больше шансов получить подзатыльник, ломала руки:
– О, лучше умереть, чем жить в таком доме!
Так прошел наш горестный первый год в новом доме, а что было дальше – я расскажу в четвертом предисловии.
Из трех первых предисловий легко догадаться, что в нашем Доме сирот происходит много интересного. А по письмам, которые я получил от читателей, видно, что им коротких записок совершенно недостаточно, что они хотели бы знать больше, а точнее – всё.
Яночка с ул. Гортензии просит поподробнее написать о ботинках Борща. Эля и Мирка желают познакомиться с сыночками Нати, а Мутек посылает поклоны Либке. Спрашивают про Хасю, спрашивают про щетку, которую не повесил на место Беньямин, спрашивают о Мышке – часто ли она ссорится с Клёцкой и большая ли та обжора.
Так что знайте: в нашем Доме каждую неделю выходит газета. Газету немного пишут дети, а немного – мы. В газете – новости за всю неделю обо всем, что случилось веселого, а часто и печального. Есть новости, которые интересны только нашим детям: один не получил носовой платок, потому что опоздал, когда их выдавали, у другого грязные уши, а третий плюнул на лестнице. Но есть и такие новости, которые наверняка заинтересуют читателей приложения «На солнце», – о них мы и будем писать.
