– Барсов, ты не мог бы минутку помолчать? – попросила я. – У меня голова болит.
– А у меня душа, – показательно надулся он, – от твоей недоверчивости.
– Боже, – я возвела очи к небу, умоляя дать мне терпения.
С ним невозможно вести диалоги. Сейчас – особенно. Если в университете его хоть немного сдерживала субординация – не критично, почти незаметно, но сдерживала, то сейчас Ринат разошелся на всю катушку.
– Можно просто Ринат. Без регалий, – развеселился он.
Наткнулся на мой взгляд и шкодливо уведомил:
– Молчу.
– Как ты так быстро здесь оказался? Еще и с этим?.. – смогла я сформулировать свои мысли.
– Аланом Леймановичем, – подсказал Ринат.
– С ним, – закивала я.
– Да у него офис через улицу, а мы с ним старые приятели. Я же тебе говорил – связи остались, вот я и задействовал быстренько. Вчера еще.
– Что? – ахнула я. – Зачем?
– Затем, что ты, училка дней моих суровых, на дно стремительно летела. Почти опустилась по иерархической лестнице с уважаемого педагога до вороватой урки. А ты слишком дорога моему сердцу, чтобы я оставил это просто так. Арина, это судьба. Наша встреча в гостинице и голубь – это предзнаменование, что мы созданы друг для друга.
– Барсов, что нужно сделать, чтобы ты меньше болтал? – не выдержала я.
– Поцеловать! – авторитетно решил он. – Я, когда поцелуем занят, молчу.
– Может, кляп попробовать? – наконец подала голос Ольга.
– Ольга Константиновна, ну вы-то куда? – возмутился Ринат. – А с виду приличная женщина. Пе-да-гог! – по слогам произнес он.
Ольга смутилась, приоткрыла рот и дважды хлопнула ресницами. Покосилась на меня и выдохнула.
Я пожала плечами – мол, у нас вот так, и тоже вздохнула.
А Ринат вконец распоясался:
– Ладно, Арина, хочешь ролевые игры с кляпом – так и быть. Но только потому, что ты мне очень нравишься. Один раз, никому не скажем, а потом поменяемся ролями.
– Барсов!
– Я за него. Ну так что? Куда мы с тобой едем? Учти, я бомж. «У Ку-у-урского вокзала стою я молодой», – дурашливо пропел он. – От меня знаешь сколько пользы?
– Врешь ты все! Не мог ты с этим…
– Аланом Леймановичем…
Кажется, у меня дергался глаз. Или оба. А еще зубы мудрости и волосы на всем теле от слишком нахального бывшего студента.
– …так быстро появиться, – закончила я свою мысль.
– Почему не мог? Мог. У него офис через дорогу, – Ринат указал рукой направление.
– А переодеться ты когда успел?
– Родионовна, на такие стрелки в чем попало не ходят, а костюм у меня в багажнике лежал аккуратно упакованный. Я ж в этом… Премиум-сегменте работаю. Работал, пока машиной не расплатился…
На душе заскребли кошки. А вдруг он говорил правду?
Тогда, получается, ради меня этот болтун лишился последнего? Ради меня?
Нет, он точно чокнутый!
Но чувство вины в душе посеять ему удалось. Вины – и сомнения в том, говорил ли он правду.
– Я тебе все верну. До копейки.
– Угу. Яйца мне тогда отстегни и на помойку выброси. Еще я у женщины денег не брал. Так заработаю, я талантливый. Родионовна, вчера я позвонил Лейманычу, он выяснил, что у супруга твоего траблы, пардон, проблемы с Малыгиным, у которого офис по этому адресу. Я утром, когда за тобой поехал, сначала у дома милейшей Ольги Константиновны подежурил, а потом понял, куда вы на такси едете, и позвонил, подмоги попросил. Я ж таксист, город знаю. И пришли мы вовремя, правда?
– Правда, – не могла не согласиться я.
– Арина, отойдем? – снова подала голос Ольга, утаскивая меня в сторону.
Ринат сделал вид, что обиделся, но за нами не пошел. Стоял и с умным видом разглядывал облака, но то и дело косился вслед.
– Ты точно у меня пожить не хочешь? – уточнила Оля.
– Нет, – замотала я головой, – помимо того, что я не хочу вас стеснять, ты первая, у кого меня будет искать Павел. А я не хочу его видеть.
– Он не знает про квартиру бабушки?
– Знает, но, по-моему, он забыл, – смутилась я, – бабушка дарственную на мое имя еще при жизни написала, а потом мама ее сдавала, и как-то повода не было туда наведаться. А потом он, кажется, забыл о ней, а я и не напоминала в свете последних событий. Павел бы попросил продать, чтобы выплатить долги бизнеса, а я не хочу ее продавать.
– Умница! – согласилась Оля, и огорошила: – Тогда бери этого болтуна себе.
– Оля! – возмутилась я.
– А вдруг Павел все-таки вспомнит и явится – ты подумала? Или Малыгин решит тихонько отомстить за свой позор и появление Алана Леймановича? Он же явно нечист на руку, тройня эта, которая тебя в гостинице нашла, – его рук дело? А Барсов, хоть и болтун, но мужчина, а судя по фигуре, со спортом дружит. Да и, знаешь, заболтать может кого угодно, даже мертвого. Не удивлюсь, если к нему бандиты нагрянут и останутся на сутки слушать байки этого нахального стендапера.
– Одних он уже так спровадил: заговорил и сбежал, – подтвердила я.
– Вот. Так безопаснее, да и мальчишка без дома остался и без машины.
– Я не знаю… Мне страшно.
– Вот и будешь не одна, так безопаснее. Или поехали к нам. Ничего еще не закончилось, а этот засранец, кажется, серьезно втюрился в тебя. Кстати, присмотрись, он ведь уже не наш студент.
